Men's Health. Журнал

Почему дальнобойщики больше не изменяют женщинам?

С Андреем (44 года, москвич) мы знакомы уже три года — с тех самых пор, как я делал материал про мужские профессии. С тех пор он успел побывать в тридцати городах: во Владивостоке, Калининграде, Уфе и Мурманске, даже съездил в маленький норвежский Бускеруд. Возил мраморные плиты, хлеб, зубную пасту и шаровые опоры для автомобилей. Мы встретились на прошлой неделе: Андрей, помимо прочего, рассказал мне о своих отношениях с женщинами.
Приключения с Антоном Зоркиным
гид по экстремальным путешествиям
Дальбой

«Я счастлив, что пересел на водительское сиденье с офисного кресла»

«Я за рулем уже тринадцать лет. Сначала ездил на „бочке“ (это прицеп с цистерной), солярку возил, потом на „короеде“ – лесовозе. Время было бедное, конец 1990-х. Личная машина у меня была, как мы ее тогда называли, „выкидыш КамАЗа“ —„Ока“. Но на жизнь никогда не жаловался, наоборот, счастлив, что она так повернулась. После института я работал в ателье одежды, а потом в джинсовом магазине. И больше никаких офисов в моей жизни не будет!

Я счастливый человек: видел всю Россию, мало кто ее наблюдал из кабины. Одно время так было: закончишь рейс где-нибудь в Петропавловске-Камчатском и сидишь там неделю, пока хоть какой-нибудь заказ получишь. Я на горных лыжах так научился кататься — в свободное от перевозок время».

«Три месяца в больнице провалялся, но живой в итоге».

«Мой единственный, первый и последний „вертолет“ (авария, в ходе которой автомобиль переворачивается) получился, когда я возил из Польши топливные котлы. Сначала долго и мучительно гнал по трассе (мне с опозданием выгружали груз, прошли все сроки, спешил, не спал), потом мучительно, не выспавшись, сидел на границе — как у нас говорят, делал домашнее задание (оформлял таможенные документы). И только сел в машину, чтобы доехать до ближайшей заправки на М1, — и очутился в кювете: лежу на голове, и колено в подбородок упирается, чувствую, кровь течет по щекам (оказалось, голову пробил о зеркало заднего вида). Оказалось, заснул я, вылетел в столб, отскочил в кювет, перевернулся… Помню это жуткое чувство: только что по трассе ехал, радио переключил, а потом уже лежу в машине вверх ногами. Хорошо, что это неподалеку от границы было, — наши ребята (в смысле, дальнобойщики) следом шли, быстро врачей вызвали, спасли меня. Три месяца в больнице провалялся, но живой в итоге».

«В молодости мне надоедали даже парашютистки...»

«По молодости я, конечно, ни одной девушке верным не был. Ну а как это возможно? У тебя все время смена обстановки, а она, какая бы прекрасная ни была, где-то сидит и тухнет… Я даже с парашютисткой встречался, да и та мне тоже надоела: ездит и ездит по своим аэродромам, скучно же… А на меня, например, в это время медведь на Урале нападает!

Поэтому у меня во многих городах были женщины. Приедешь после рейса к одной, потом в другой рейс уходишь, а по пути тебя еще одна леди ждет. А сейчас, вот уже лет пять, с тех пор как женился последний раз, — не изменяю. И не потому говорю, что хочу показаться лучше, чем есть. Просто мне уже 44 года, страшно наскучило все это. Сейчас груз привезешь — ну и лучше со знакомыми пойдешь пообщаешься, чем с какой-то женщиной в кровать прыгать. И с кем из друзей-дальнобойщиков ни поговорю, у всех тоже самое.

У нас Витя был, мы его называли Летучий Голландец, — у него лампочки постоянно перегорали в машине, он без габаритных огней гонял. Так вот у него как-то был заезд по стране с посещением двенадцати городов и женщин — и все это меньше чем за неделю, рекорд. А сейчас всё, семь лет беспробудно женат. Это возраст, бурное прошлое влияет. Не то чтобы мы импотентами стали, с этим все в порядке. Но ракурс сменился, нет у нас больше к женщинам никакого спортивного интереса».

Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся