Men's Health. Журнал

5 важных показов с прошедшей мужской недели моды

На последнюю большую четверку мужских недель моды, которая закончилась на прошлой неделе, пришлось много долгожданных дебютов и интересных коллекций. Men's Health рассказывает о пяти самых классных показах.
диор Фото: официальный сайт Dior

В последнее время мужские недели привлекают к себе все больше внимания. Оно и понятно, в эпоху разрушения гендерных стереотипов — как в жизни, так и в поп-культуре, а вследствие и на подиуме — все больше девушек выбирают мужскую одежду, а мужчины начинают экспериментировать с традиционными понятиями о маскулинности.

Дизайнеры мужских коллекций чутко воспринимают дух времени, а именно тот факт, что отныне мужская мода — благодатная почва для экспериментов. Последняя большая четверка мужских недель моды, которая закончилась 25 июня, во многом была интересна поэтому.

Louis Vuitton

Индустрия все еще не пришла к общему мнению, кто такой Вирджил Абло: гений и новатор или же человек, который талантливо крадет (как художник, как говорится) идеи у культовых дизайнеров и успешно продает их как свои. Тем не менее сам факт того, что чернокожий выпускник архитектурного факультета из Чикаго смог стать креативным директором крупнейшего исторического модного дома Франции, делает его настоящим воплощением американской мечты и героем миллениалов, поколения социальных сетей и порожденных ими возможностей.

Абло представил свою первую коллекцию для Louis Vuitton в самом сердце Парижа — в саду Тюильри. На один вечер сад превратился в декорации для постановки «Волшебника в стране Оз»: даже сам подиум имитировал дорожку из красного кирпича, которая, как известно, ведет к замку волшебника. Только здесь она была выкрашена в радужные цвета как символ толерантности и диверсити. Новаторским оказался кастинг — в показе приняли участие друзья Абло и юные рэперы, а первый ряд был занят новыми символами люкса — Ким Кей, Канье Уэстом, Рианной и Скептой.

В своей первой коллекции для Louis Vuitton Абло пошел по протоптанному пути своих кумиров — Рафа Симонса, Хельмута Ланга и даже Кима Джонса, который не так давно покинул LV. Основным приемом стал микс формального тейлоринга и уличной одежды, что можно было заметить по пиджакам далекого от классики кроя и пальто, накинутым на худи, принтам tie-dye или сочетанию спортивных штанов с неспортивными кожаными аксессуарами. Кстати, о последних: традиционные аксессуары LV приобрели свежую обработку. Сумки из крокодила стали белоснежными и красными, а традиционный тоут был выполнен из пластика флуоресцентного синего цвета.

Dior Homme

Результатом еще одной рокировки в индустрии стало назначение Кима Джонса, бывшего креативного директора мужских коллекции Louis Vuitton, на схожую позицию в Dior Homme на место Криса Ван Аша, который, в свою очередь, ушел в Berluti. Ким Джонс успел зарекомендовать себя в индустрии как дизайнер, который может вдохнуть новую жизнь в классический модный истеблишмент за счет грамотного сочетания коммерчески успешных трендов и соблюдения традиций. Взять хотя бы громкую коллаборацию Louis Vuitton и Supreme, о которой, кажется, не знал только человек, который никогда не открывал стартовую страницу браузера.

В своей дебютной коллекции для Dior Homme Джонс решил придерживаться того же успешного приема: расслабленный слегка спортивный тейлоринг, клубные мотивы, воплотившиеся в прозрачных футболках-сеточках из 90-х, только с логотипом Dior, и пластиковый плащ здесь сочетались с великим множеством отсылок к архивам модного дома. Dior здесь был в деталях: цветочный принт на куртках и рубашках был заимствован у самого мсье Диора — он в точности повторял принт на его чайном сервизе. Розовый цвет и розы сами по себе — отсылка к флористскому увлечению кутюрье, мотив ткани toile de jouy повторял паттерн со стен первого бутика Christian Dior 1947 года, а брелоки из пчел — кивок к мотивам модного дома 1955 года.

Тем не менее, несмотря на обилие цитат и стремления сделать мужские коллекции дома максимально приближенными к традициям кутюра, коллекция выдержана в духе времени, особенно если сочетать эстетичные костюмы с кедами Converse.

Jacquemus

Симону Порту Жакмюсу прочили назначение в Céline, а его платья вовсю носят семья Кардашьян, Рианна и Эмили Ратаковски. Вполне себе неплохое достижение для дизайнера, которому недавно исполнилось всего 28 лет.

Вместо того чтобы последовать примеру многих молодых талантов и пойти работать в крупный концерн, Симон остался дома и запустил мужскую коллекцию. Коллекция Le Gadjo (грубый перевод с марсельского сленга — «пацан») во многом была вдохновлена своей локацией. Показ прошел на марсельском пляже — на малой родине дизайнера. Лирическим героем коллекции стал архетип парня с юга Франции: слегка гоповатого, в спортивных брюках и с золотистой цепью на шее, но не менее привлекательного в своем естестве. В коллекцию вошли довольно повседневные вещи: летние рубашки с подсолнухами, слегка мешковатые брюки и джинсы на бедрах, пляжные шорты и худи, которые дизайнер предлагает носить с плавками в горошек. Вполне себе экипировка для фильма «Зови меня своим именем» — а этого иногда не хватает в мужской моде, которая в последнее время все больше признается в любви постсоветским люмпенам.

Prada

В мужской весенне-летней коллекции Миучча Прада вдохновляется сексуальностью — однако не в буквальном контексте. Prada всегда гораздо сложнее и эстетичнее, не побоимся этого слова, выше, чем просто открытый эротизм. Источником вдохновения для новой коллекции стали 60-е годы: секс, наркотики, рок-н-ролл и, конечно же, узнаваемый игривый стиль эпохи, которую они породили.

60-е Миуччи Прады — это в первую очередь принты, которые отсылают к фестивалю мира и любви, к «Вудстоку»: как будто от руки выведенные цветы на кардиганах, калейдоскопические узоры и принты с психоделическими сюжетами. По части одежды 60-е отразились в замшевых пиджаках поверх цветных водолазок, велюровых джинсах и приталенном крое с легким клешем. Все вышеперечисленное вполне себе может стать униформой для современного Остина Пауэрса. К слову, о гендерной флюидности и отсутствии правил: будущей осенью Prada предлагает сделать выбор в пользу ультракоротких шорт — главное, отнестись к такому наряду со здоровой долей иронии.

Raf Simons

В этом сезоне Раф Симонс вернулся с мужским показом в Париж, тем не менее ментально оставшись в Нью-Йорке. В очередной раз дизайнер собрал воедино сотни референсов из музыкальных субкультур, приправил их ностальгией и учел желание современного мужчины, который, может быть, хочет быть нарядным, но при этом оставаться панком.

Темой новой коллекции стала андеграундная жизнь Нью-Йорка конца 70-х и начала 80-х годов, а именно субкультура нью-вейва, которая зарождалась на руинах панка. Симонс, будучи европейским подростком, который, по его же словам, все свое время проводил в окрестностях магазинов с пластинками, был во многом причастен к этим субкультурам, о чем он напоминает в каждой своей коллекции. Этот переходный момент между двумя эстетиками дизайнер отразил в принтах, едва заметной и вынесенной на новый уровень панковской атрибутике (кожаные браслеты и шипы), которая была облагорожена яркими приметами нью-вейва — гламурными, но в то же время готическими пиджаками и плащами.

раф симонс Фото: официальный сайт Raf Simons

Раф Симонс — дизайнер, который вдохновил большую часть коллег по цеху в мужской моде на создание одежды в уличной эстетике, — в этот раз решил от нее отказаться и представить нечто более субтильное и сложное, чем спортивные штаны или поясная сумка. Мужской кутюр — все еще не такой популярный, как женский, — будучи вещью, по сути, неизведанной, обрел в коллекции панковское воплощение. Атласные, ладно скроенные пиджаки и пальто, которые вполне себе могут побороться за внимание с кутюрными платьями, не шли вразрез с рокерскими лохмотьями и готическими нарядами нью-вейва, а скорее, наоборот, дополняли их. Кажется, дизайнеру удалось невозможное: создать нарядную мужскую коллекцию, которая не пугает своей роскошью, а, наоборот, привлекает.

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся