Men's Health. Журнал

Ринга стар: Владимир Кличко

Владимир Кличко - не только один из лучших боксеров мира, но и весьма неглупый человек. Убедись в этом сам.

Всем тем, кто полагает, что боксеры головой только едят, потом получают по ней, потом снова едят и снова получают и так до самой пенсии, после чего вся работа головы сводится к одной еде, я бы порекомендовал пообщаться с Владимиром Кличко. Пришлось бы не раз удивиться.

В том, что братья Кличко стали звездами, далеко вышедшими не только за рамки бокса, а спорта вообще, их незаурядная внешность сыграла, конечно, большую роль. Когда-то Владимир рассказывал мне, как они с братом встретились с далеко не последним человеком в Голливуде Джерри Вайнтраубом. Вот длинная цитата от первого лица: «Едва он нас увидел, как тут же сказал: «Ребята! Все! Будем снимать. Виталия я представляю в роли какого-нибудь жесткого политика или бандита, а ты... — он так смерил меня взглядом, — для мыльных опер просто идеально подходишь. Женщины будут млеть. В общем, великолепная комбинация получится: охватим все слои общества». Но мы считаем, нельзя перескакивать с одного на другое. Нельзя одновременно пытаться сидеть на трех стульях, а то окажешься на полу. Спортивная жизнь — вещь очень интересная, увлекательная, эмоциональная, но короткая и в чем-то противная. Противная — потому что может закончиться в любой момент».

Никакой красавец-дубина, которыми наводнен наш шоу-бизнес, никогда бы такого не сказал. Как и вот этого: «Я очень люблю наблюдать за работой имиджмейкеров и за теми, кого они «имиджмейкерят», особенно на эстраде. Вчера он вышел с длинными красными волосами, сегодня — с короткими зелеными, а завтра выйдет вообще лысый. В спорте, разумеется, есть свои имиджмейкеры, которые сегодня советуют говорить одно, завтра другое, сегодня подогревать интерес к себе одним образом, завтра другим. Честно говоря, мы в своем роде тоже люди искусства и зависим от публики, от всех людей, которые нами интересуются. Но мы с Виталием все время старались делать то, что нам ближе, и именно так себя и преподносили средствам массовой информации. И в этом при желании можно увидеть свою тактику. Мы все время на виду, а все время играть невозможно. Если люди увидят фальшь, они нам этого не простят. Они будут разочарованы. Они скажут: «А-а, так они, оказывается, не такие, а совсем другие!» И отвернутся от нас».

Нет, эти звезды сделали себя сами. Поэтому, когда их бывший промоутер Клаус-Петер Коль кричит: «Это я их сделал. Без меня они бы никогда никем не стали!» — он, говоря тихо и интеллигентно, ошибается. Это без них он никогда бы не стал в мире бокса тем, кто он есть сейчас. Был бы, как и раньше, провинциальным промоутером в провинциальной, в смысле бокса, стране. Потому что без братьев Кличко и настоящего бокса в Германии бы не было. Есть градообразующие предприятия, есть странообразующая индустрия, как нефтянка, а есть спортообразующие люди. Братья Кличко из их крайне небольшого числа.

С самого начала своей карьеры Владимир стал собирать колоссальную женскую аудиторию. Даже на суровых боксерских форумах среди бесчисленных комментариев настоящих мужчин, объясняющихся между собой, как неандертальцы, гневными междометиями, то и дело появлялись реплики, от которых пахло духами и женской истомой, а при чтении ты как будто слышал нежный шепот, быстро переходящий в страстный визг. Подписаны они обычно были какими-то красивыми никами, напоминающими псевдонимы проституток, но на самом деле принадлежавших девушкам в самом нежном возрасте. Все они очень любили «Володеньку».

Мужчины таких любимцев женщин не любят и не прощают. С самого детства наши герои слышат, как им без всякого на то основания шипят в спину: «У-у-у, пидор!» Иногда пытаются и побить. Но вот здесь случается облом, а от битой морды ненависть только крепчает. Таких красавчиков считают трусами и слабаками. При этом откровенное нежелание драться с ними никак не противоречит непробиваемой мужской логике. «Крутые мужчины» либо набрасываются всем скопом, либо говорят: «Был бы ты хоть на голову пониже, я бы...»

Удивительно, но за Владимиром Кличко на протяжении всей его карьеры тянется целый шлейф обвинений в слабоволии, раз уж в слабости обвинить невозможно. И это при том, что Владимир сделал то, что среди тяжеловесов делали единицы: он возвращался на прежний уровень после поражений и делал это неоднократно. После каждого поражения его списывали со счетов, он слышал это, переживал, так как не обладал слоновьей толстокожестью, и снова выигрывал, выигрывал, выигрывал.

В 1998 году в своем 25 профессиональном бою Владимир Кличко потерпел первое поражение в поединке с американцем Россом Пьюритти. Боев-то он провел на тот момент много, но противники были слабоваты и не научили Владимира рассчитывать силы. Ветеран Пьюритти, наоборот, прекрасно умел это делать. Он проиграл 10 раундов, но сохранил силы, а у Кличко кончился «бензин», и он просто «встал», став легкой добычей для американца.

Отходняк ему спели дружно, но он вернулся — тогда в первый раз. Наверно, помогли ему болельщики обоего пола, которых все-таки всегда было во много раз больше, чем завистников. В 2000 году впервые стал чемпионом мира, правда, по второстепенной версии WBO.

В 2003 году он потерял этот титул в бою с южноафриканцем Корри Сандерсом. Это было страшное и унизительное поражение нокаутом во втором раунде. Вскоре Владимир сказал мне: «На меня перед этим боем какая-то манна небесная посыпалась: контракт с HBO, победные лозунги, стали выходить журналы с моим портретом на обложках и все в таком духе. Ну и, конечно, возникло такое настроение: да какой там Корри Сандерс? Что он может?»

Второй отходняк ему спели с еще большим воодушевлением, чем первый, но он опять вернулся. Выиграл два боя. Казалось, все встало на свои места, но в 2004 году он неожиданно нокаутом в пятом раунде проиграл американцу Леймону Брюстеру. Это был один из самых странных боев, какие я только видел. Владимир долго выигрывал в одну калитку, а потом у него как будто выключили батарейки. Причиной было, видимо, какое-то отравление. После боя у него обнаружили более чем двукратное превышение нормы сахара в крови, хотя диабетиком он никогда не был. Причина так и не была выяснена окончательно, но не все и хотели ее выяснять.

«Я вот еще что хочу сказать, — поделился со мной Владимир при встрече, — я не ищу никаких отговорок. Я проиграл Брюстеру. Но тут многие стали рассуждать в стиле no balls, no chin (трус и удар не держит), а вот с этим я уже не согласен. Я продолжаю свою боксерскую карьеру».

Это было самым трудным возвращением. Отходняк на этот раз играли с особенной охотой. Я тогда обратил внимание на то, что Владимир даже как-то внешне стал выглядеть старше и еще больше походил на брата. Когда я сказал ему об этом, он неожиданно рассмеялся и выдал: «Я побывал мячиком в игре, которая называется пинг-понг. От этого моложе не станешь».

Я знал его много лет, но скажу честно, сомневался, что он сумеет вернуться снова. Но он сумел. С тех пор Владимир одержал 10 побед, среди прочих в хлам избил и Леймона Брюстера. Завоевал два чемпионских титула, по версиям IBF и WBO, стал общепризнанным королем тяжелого веса. Можно было бы сказать, что он — любимец фортуны. Она ведь в конечном счете тоже девочка, а значит, не могла остаться равнодушной к такому мужчине. Но это было бы неверно. Владимир ничем фортуне не обязан. Он всего добился сам, а вот фортуна по отношению к нему временами была самой настоящей стервой.


Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся