Men's Health. Журнал

Дзюдо и судьба: тренер Анатолий Рахлин и его ленинградская школа

23 мая 2017 года в Санкт-Петербурге пройдет V Международный юношеский турнир по дзюдо памяти заслуженного тренера России Анатолия Рахлина, одной из центральных фигур этого вида спорта. Men’s Health решил немного поговорить о самом феномене ленинградского дзюдо с его сыном, Михаилом Рахлиным, президентом «Клуба Дзюдо Турбостроитель», заслуженным тренером страны.
Анатолий Соломонович (Семенович) Рахлин
Анатолий Соломонович (Семенович) Рахлин
годы жизни: 23.05.1938 – 07.08.2013
место рождения: Ленинград
советский и российский тренер по дзюдо, заслуженный работник физической культуры Российской Федерации, заслуженный тренер Российской Федерации. За полвека лет тренерской деятельности подготовил более 100 мастеров спорта по самбо и дзюдо, в том числе Владимира Путина
Главный тренер женской сборной команды РФ по дзюдо (2005–2006 и 2008–2012 гг.), под руководством А.С. Рахлина женская сборная страны впервые в истории трижды выигрывала чемпионаты Европы в командном зачете. Спортсменки восемь раз побеждали в индивидуальных соревнованиях в отдельных весовых категориях. Дзюдоистки сборной РФ под его руководством пять раз становились призерами чемпионатов мира

С чего все началось?
Мой отец родился в 1938 году. В трехлетнем возрасте оказался в блокадном Ленинграде и провел в осажденном городе с семьей все 900 дней блокады. Блокадное детство наложило отчетливый отпечаток на его характер. Во всяком случае, конфликтность из-за обостренной тяги к справедливости, стремление непременно доказать свою правоту всеми доступными средствами — это не столько врожденное свойство Анатолия Рахлина, сколько приобретенное, в том числе в военные и послевоенные дни, когда нужно было стоять за себя в детских драках, когда агрессия была внутренне присущим свойством каждого ребенка, пережившего войну.

Особых природных талантов для спорта у отца, судя по всему, не было. Однако вопреки своим физическим данным этот вялый, рахитичный, чудом переживший блокаду ребенок всерьез увлекся греблей, лыжами, легко жонглировал двухпудовкой, а к 15 годам уже был разрядником по нескольким видам спорта. В тот период он и начал заниматься самбо. Тренировался в Ленинградском дворце пионеров у Сергея Дашкевича, боровшегося в юности с самим Иваном Поддубным. Вскоре после кончины Дашкевича в 1953 году отец перешел в секцию самбо при педагогическом институте имени А.И. Герцена. По окончании института он попал во флот, где служил простым матросом, — никаких спортивных рот тогда еще не было, да отец и не стал бы как-то ловчить, чтобы туда попасть, а составить протекцию, чтобы ему как-то служить и продолжать тренироваться и выступать, было некому. Из армии его комиссовали за год до окончания службы — из-за язвы желудка, которая терзала его всю жизнь. Вообще, по воспоминаниям друзей и коллег, он всю жизнь тренировался и тренировал, зачастую превозмогая себя. Но он ни с кем на тему своего здоровья не говорил. Он вообще как-то не очень умел жалеть себя и никогда этого не делал.

После армии в 1962 году он пытался вернуться в спорт, возобновил тренировки, боролся на соревнованиях, но довольно скоро понял, что его время как действующего спортсмена прошло. Тогда, чтобы не уходить из спорта, сам стал тренировать: сначала взрослых, а спустя два года, уже в штате ЛОС ДСО «Труд», начал работать с детьми. Помог ему с тренерской работой Александр Самойлович Массарский, совсем молодой в ту пору человек, а впоследствии — известная в ленинградских спортивных кругах личность: изобретатель, путешественник, основатель ленинградской школы кинокаскадеров, снявшийся более чем в 300 фильмах.

Зарплата молодого тренера не поражала воображения, и Анатолий Рахлин, как и многие ленинградские самбисты, подрабатывал на съемках в кино, благо Александр Массарский продолжал, не занимая никакой официальной должности на «Ленфильме», быть главным специалистом киностудии в том, что касалось трюковых съемок. «За два-три дня на съемках мы зарабатывали столько же, сколько молодой специалист на предприятии получал в месяц», — вспоминал отец. Сегодня эти цифры вызывают некоторые сомнения. Сколько можно понять, ставка каскадера в массовке составляла 10 рублей в день. Но, возможно, ему что-то доплачивали как одному из «бригадиров» каскадеров: как вспоминают те, кто участвовал в кинопроцессе, он помогал Массарскому собирать группу для съемок боевых сцен.

Гнуться, но не ломатьсяТренировка в клубе «Турбостроитель». 1978

Как самбист Анатолий Рахлин стал тренером по дзюдо?
Освоить нюансы дзюдо начинающему тренеру по самбо Анатолию Рахлину помогал его друг и сверстник Арон Боголюбов, взявший бронзу на Олимпиаде в Токио в 1964 году, когда дзюдо впервые вошло в программу Олимпиад. Они дружили с детства, а в спорте выступали за разные команды. Правда, соперничество не осложняло их дружбы, так как боролись оба в разных весовых категориях. Многие полагают, что отец совсем немногим уступал своему другу Арону в том, что касалось техники и тактики борьбы. Отстал он от своего друга навсегда за три года срочной службы во флоте. Продолжать занятия борьбой там возможности не было, в то время как Боголюбов продолжал выступать за «Динамо», проходя службу в армии как спортсмен. Отец, наоборот, не сумев реализоваться как спортсмен, добился блестящих результатов на тренерской стезе.

Свою первую детскую группу отец набрал в 1964–1965 учебном году: Владимир Путин, Николай Кононов, Аркадий Ротенберг, Валентин Степанов, Александр Бородулин... Позже к ним подключились Василий Шестаков, Георгий Куковеров, Борис Ротенберг… Тренировались в старом зале на улице Декабристов, 21. Ребята его были в массе своей из небогатых семей, кому-то Анатолий Семенович рубашку подарит, кому-то что-то из спортивной амуниции торжественно вручит — как награду за волю к победе на соревнованиях, кого-то подкормит деликатно.

Спустя некоторое время, в семидесятые годы, пошли результаты: один за другим его ученики выполняют норматив мастера спорта. Владимир Путин, если интересно, мастера по самбо выполнил в 1974 году, по дзюдо — в 1976-м. К концу семидесятых его ученик Евгений Ефремов — двукратный победитель первенства Европы, член сборной и претендент на участие в Олимпиаде-80.

В восьмидесятые работать стало сложнее. Ввели вдруг курс на омоложение, требуя отчислять «возрастных» спортсменов, из-за чего со спортом завязали многие из тех, кто вполне мог бы выступать на высоком уровне. Ребята в штатском, сопровождаемые милицией, приходили в тренировочные залы и на соревнования и проверяли документы: почему не на работе? Кто отпустил на соревнования? Где разрешение руководства предприятия?

Отец рассказывал, что однажды к нему пришли из ОБХСС: «У вас там люди в зале в рабочее время тренируются. Вы их знаете?» — «Понятия не имею. Первый раз их вижу». — «Кто им дал ключи от зала?» — «Не знаю. Я не видел». Ну и т.д.

Понятно, что энтузиазма в работе все это отцу не добавляло, но он рук не опускал, хотя и признавался потом, что в 1985 году полгода откровенно валял дурака, не очень понимая, как и для чего работать, если, например, твой ученик становится первым на отборочных соревнованиях, а на чемпионат страны и мира берут проигравшего, потому что он моложе. И этот проигравший побеждает!

Из-за чего он остался в спорте?
Новым этапом для тренера Рахлина, вдохнувшим в него силы, стало женское дзюдо. В восьмидесятые в дзюдо пришли дамы, женское дзюдо вошло в олимпийскую программу. Для отца это стало вызовом, который его встряхнул, полагаю. Спустя двадцать лет, в 2000-х, Анатолий Рахлин сам возглавил сборную страны среди женщин. Никогда раньше успехи отечественных дзюдоисток, если они и были, не являлись системными, а при Рахлине — три командные победы на чемпионатах Европы, восемь золотых медалей в личном первенстве, пять бронзовых на чемпионате мира… До его прихода в женской сборной за все время ее существования сменилось 20 главных тренеров. Ему же одному удалось результативно прорабо­тать с девушками почти два олимпийских цикла.

Хотя знаю, что отцу приходилось тогда весьма непросто, в том числе из-за явного и скрытого противодействия людей, которых Рахлин раздражал. Здесь не время и не место рассуждать об этом, но поверьте, работа Анатолия Рахлина в женской сборной — это триллер со множеством драматических и даже трагических поворотов сюжета. Главному тренеру сборной приходилось порою мобилизовывать не только собственные душевные, но и творческие силы, фантазию, чтобы придумать ход — немыслимый, невозможный, — который бы привел к победе. И это получалось!

В начале 1990-х, когда Путин был помощником Собчака, он помогал Анатолию Семеновичу?
У отца была мечта попасть в Японию, посмотреть, что это такое — родина дзюдо. И когда он каким-то образом договорился туда поехать, с петербургской командой перспективных спортсменов, нужно было найти финансирование. Это был декабрь 94 года. Чтобы эту мечту осуществить, я знаю, он ходил в мэрию, встречался с Владимиром Владимировичем, и тот принял участие в том, чтобы это все осуществилось. Отец никогда ничего у чиновников не просил, но это была его мечта — окунуться в настоящее дзюдо. В итоге восемь человек, включая отца, на 12 дней отправились из Петербурга в Токио тренироваться в лучших спортивных клубах Японии. Та поездка и положила начало нашего тесного сотрудничества с японцами.

А в 2000 году отец отправился в Японию в составе официальной делегации президента РФ. Тогда во время посещения Университета Токаи он познакомился и подружился с легендарным дзюдоистом Ясухиро Ямасита. Олимпийский чемпион, 4-кратный чемпион мира, 9-кратный чемпион Японии, для отца он был образцом человека, сумевшего достичь высоких результатов в дзюдо. Господин Ямасита часто приезжал в Петербург, проводил в нашем клубе открытые уроки, мастер-классы. Отец вместе со своими воспитанниками неоднократно посещал Японию, проводил тренировки в Университете Токаи. Его с почетом принимали в самом главном и самом древнем центре дзюдо — Институте Кодокан. Вместе с господином Ямасита они создали авторскую программу по обучению тренеров, которая действует и по сей день.

Вы ощущали в начале 1990-х конкуренцию со стороны восточных единоборств?
Наш клуб не ощущал. Я начал работать тренером, и прошло какое-то время, лет пять, наверное. Я спросил в группе: ребята, а кто из вас сюда пришел по объявлению? (Мы их в школах развешивали, на улицах.) Руку подняли человек пять. Все остальные пришли на тренера, на какую-то традицию. В 69-м мы здесь, на Свердловской набережной, обосновались. Про отца знали все. Все знали, что есть такая школа. Говорили про него разное: и хорошее, и плохое, но говорили. И все хотели попробовать. Отец был очень строгий, очень жесткий. Но относились к нему хорошо, потому что у него все было справедливо. Почти все ученики потом своих детей приводили. К плохому человеку ведь детей не приведешь.

Мне кажется, вы сильно отличаетесь от него по характеру, по способу думать.
А у меня наполовину мамино воспитание. Каждое следующее поколение должно превосходить предыдущее, иначе регресс. Я на него смотрел и видел, сколько он ошибок делает. А ему приходилось постоянно преодолевать препятствия. У него жизнь такая была. Потому что иначе никак. Были СКА и «Динамо», а был «Труд», который не имел возможности удерживать в своей команде ребят призывного возраста, как раз в тот период, когда происходит становление спортсменов. Потому что все понимали: рано или поздно всех перспективных заберут. И он один ломал все это, выигрывал, был тренером чемпионов. И даже Путин во многих интервью говорил: «Мы знали, что он за нас горой».

Я два примера приведу. Первый пример — Евгений Ефремов. Он был кандидатом в олимпийскую сборную в 80 году. И его в последний момент отцепили. Его вызвали. «Тренер у тебя кто?» — «Рахлин». — «Нет, тренер у тебя вот этот». Не буду называть его фамилию, он еще жив. Женя говорит: нет, у меня тренер Рахлин. На следующее утро его сняли. Он уже был армеец, но сказал «нет» и лишился возможности бороться на Олимпиаде. Наше общество было «Труд». Владимир Путин — это второй пример — поступил в университет и, соответственно, должен был перейти в «Буревестник», потому что все высшие учебные заведения были под «Буревестником». Когда начались какие-то ведомственные соревнования, ему руководство говорит: «Ты будешь выступать за «Буревестник». Он говорит: «Нет, я буду выступать за «Труд», потому что там мой тренер, мои друзья. Я не могу против них выступать, я буду выступать за «Труд». Было сказано что-то вроде: «Мы тебе помогать не будем». Он в ответ: «Я сам учусь и дальше буду учиться».

Путин поступал как спортсмен в университет?
Нет, абсолютно нет. Сам. Его мама и отец юрфак как место учебы сына не приветствовали. Мой отец ходил к нему домой, объяснял родителям, что это его выбор, надо его уважать, идти навстречу. Будучи студентом, Владимир Путин еще тренировался какое-то время.

Гнуться, но не ломатьсяАнатолий Рахлин с женской сборной России по дзюдо. 2012

Тренер высокого уровня, чтобы состояться, должен начинать работать с малышами?
В советское время это было принято, человек должен был свою состоятельность доказать. И я считаю, что это правильно. Случайностей не было, нужно было доказать, что ты достоин уровня сборной. Попасть в команду с кем-то из своих воспитанников, пройти цикл.

И все-таки должен ли большой спортсмен начинать тренерскую работу с детьми 11–12 лет?
Необязательно. Но какую-то профессиональную переподготовку он должен пройти, потому что чаще всего спортсмен слепо выполняет то, что говорит тренер. Тренер не будет объяснять, почему он так думает. Он скажет вот так делать, и ты должен верить. Я знаю, что в Японии ведущие дзюдоисты работают с детьми. Это самая тяжелая и сложная работа. Если ты можешь научить ребенка, то опытного человека ты точно научишь. То, что успешные знаменитые спортсмены должны свой опыт передавать, — несомненно. С другой стороны, так, как делаешь ты, можешь делать только ты один. И ты никого не научишь делать так, как делаешь ты. Научить и уметь — разные вещи. Но у больших спортсменов есть энергия. У них есть чувство победы, состояние чемпиона. И это тоже важно. Но этих людей нужно готовить к другой деятельности. Слепо их ставить на тренерские должности — это ошибка. Мы унижаем таким образом тренеров, которые что-то умеют. Мы показываем таким образом, что они не нужны.

И многие опускают руки, говорят: зачем? Мы работаем, а наш труд не ценится. Но то, что происходит сегодня с отечественным дзюдо, — это отдельный разговор. Несмотря на все наши успехи. Простая формула: прошлая Олимпиада — семь категорий, пять медалей. Следующая: четырнадцать категорий, три медали. Притом что финансирование выросло невероятно. Если мы посчитаем цену медали, то она получится в три-четыре раза дороже, чем ранее. Но при этом медалей меньше. Итальянец Эцио Гамба, руководящий сборными России, обещал, что поднимет женское дзюдо на межгалактический уровень, а мужчины станут еще выше, чем сейчас. Но в итоге мужчины просели, а женщины на обещанный уровень не вышли. Девочка, ставшая призером Олимпиады при нем, — уже была два олимпийских цикла в команде, успев заработать титул двукратной чемпионки Европы и став призером чемпионата мира.

Вы можете объяснить, почему у вашего отца получилось?
Сумасшедший человек в хорошем смысле. Преданный делу. Были принципы, заложенные жизнью.

С его характером, с его манерой принимать решения, с его склонностью говорить то, что думаешь, его карьера не должна была состояться.
Он гнулся, но не ломался, и умел начинать с нуля. Он в этой жизни четыре или пять раз начинал с нуля. Очень сложно вырастить поколение, на него уходит 10–15 лет. От нуля до мастеров спорта. Он выращивал, опускался вниз, выращивал, опускался вниз. Вырастить поколение — это дано, наверное, пяти процентам тренеров. Чтоб два поколения — почти невозможно. Три-четыре — немыслимо. Аналогичный пример. Когда трехкратного олимпийского чемпиона по тройному прыжку Виктора Санеева спрашивали: «Как вы находите новую мотивацию?», он отвечал: «После Олимпиады я праздную, принимаю все положенные поздравления. Через месяц я снимаю с себя олимпийскую медаль, вешаю на себя значок перворазрядника, беру свои старые олимпийские конспекты и начинаю тренироваться не как олимпийский чемпион, а как перворазрядник. Я вновь никто». Это первое, что надо уметь делать в тренерском деле — «обнуляться».

Второй секрет успеха: у него абсолютно прикрыт был тыл. Это заслуга мамы. Он не беспокоился ни за детей, ни за то, чтобы все были сыты, накормлены, одеты. Она принимала его таким, какой он есть. Конечно, тяжело быть рядом с таким мужчиной. Я думаю, что ее роль — ключевая. Все всегда передавали привет не папе, а маме. Ее никто не знает, никто не видит, никто не слышит. Она на дзюдо никогда в жизни не ходила. Я думаю, что большая часть успеха отца — это ее заслуга.

У вас есть какое-нибудь объяснение тому, что большие успехи нашего дзюдо пришли только спустя 10–12 лет после того, как самый известный ученик вашего отца стал президентом страны?
Золота не было, но олимпийские медали у нас были! Много серебра и бронзы. В 2000 году — по медали у Брулетовой, Степкина, Тменова. 2004-й: вновь Тменов, Макаров, Носов, Таов, Донгузашвили. То есть не так все однозначно. А то, что пять золотых медалей за два олимпийских цикла, — это прорыв, тут действительно не о чем спорить.

Раньше в сборной было много споров: кого ставить — того, этого? У Гамбы с этим проще, он сам выбирает, сам решает. Это облегчает подготовку. С другой стороны, и это огромная проблема, он практически ни на кого не опирается в своем выборе. Если в том олимпийском цикле он был 300 дней на сборах, то сейчас всего 30. Отечественного женского дзюдо, несмотря на имеющиеся медали, не существует. Мы ведь по-другому устроены, нежели иностранцы, нам жалко тратить время на то, чтобы рассказывать о себе. Нам важнее быть, а не казаться! Мы все время испытываем жажду деятельности. Нам каждый раз чего-то не хватает. Мы часто бываем недовольны собой, результатами. А у западного менеджера менталитет иной, более прагматичный, заточенный на PR: чуть-чуть сделал — об этом все знают.

Всю жизнь Анатолий Рахлин мечтал воспитать олимпийского чемпиона, и в конце жизни его мучило, что не вышло, не случилось. Конечно, результат определяется отношением, но частенько помимо самоотверженной продуманной работы для достижения вершин нужно везение, и как раз удачи, везения Рахлину далеко не всегда хватало...

Отец заложил основы вида спорта в городе, и это все признают. Но для него самым главным было не столько научить технике, сколько воспитать. Он считал, что сперва нужно сотворить человека, а уже потом в человеке развивать спортсмена. Как вести себя, как поступить в той или иной ситуации — это закладывается в спортивном зале. Дисциплина у отца была очень строгая, может быть, даже слишком: порядки, законы, правила настоящего мужского коллектива.

Знаю, что многие из когда-то тренировавшихся у отца — и Путин в том числе — очень часто называют его вторым отцом и вспоминают ту «рахлинскую» закалку. Стойкость, выдержка, умение преодолевать сложности и находить различные варианты решения проблемы, а также уважение к ближнему и искренняя любовь к Отечеству — все те качества, которые воспитывал в своих ребятах тренер Рахлин, впоследствии стали доминантами их личностей, и, насколько я могу судить, по сей день они руководствуются теми принципами в своих поступках и взглядах. Больно — терпи, упал — вставай, проиграл — тренируйся, стань сильнее и победи! Гнуться, но не ломаться! Можно сломать тело, но не дух! Падает тело, но не дух! В жизни — как в дзюдо: у нас гибкий путь к победе!

Отец как-то сказал блестящую фразу: «Можно совершить в жизни один-единственный поступок и гордиться всю жизнь. А можно совершать поступки каждый день, работая и принося пользу другим людям». Так он жил сам.


Гнуться, но не ломатьсяПавел Луспекаев и Александр Массарский на съемках фильма «белое солнце пустыни». 1970

Что нужно знать о питерском дзюдо

1. Первым отечественным призером Олимпийских игр по дзюдо стал ленинградец Арон Боголюбов. В 1964 году он был третьим на Олимпиаде в Токио в категории до 68 кг. Вместе с ним бронзовые медали той Олимпиады завоевали москвич Олег Степанов и представители Грузии Парнаоз Чиквиладзе и Анзор Кикнадзе.

2. В конце пятидесятых было принято решение, что на Олимпиаде в Токио в 1964 году — реверанс в сторону организаторов — впервые в истории пройдут соревнования по дзюдо. К тому времени как такового вида спорта дзюдо в Советском Союзе не было. Федерация дзюдо СССР появилась только в 1972 году. Но несколько десятилетий в СССР развивалось самбо, и многие самбисты переквалифицировались в дзюдоисты, благо правила этих двух единоборств во многом совпадали. Считалось, что самбо занимаются во всех советских республиках, но по существу самбо было развито должным образом только в Грузии, в Москве, на Украине и в Ленинграде. Так Ленинград стал одним из центров отечественного дзюдо.

3. Практически все ленинградские самбисты и дзюдоисты высокого уровня в 1950–1960 годы работали на «Ленфильме» в качестве каскадеров, участников массовых сцен и т.д. Тренер по дзюдо и самбо Александр Массарский, не занимая никакой официальной должности на киностудии, по сути курировал съемку всех трюковых сцен. Ленинградских спортсменов привечали и на других киностудиях страны. Так, в частности, сам Массарский дублировал Луспекаева в «Белом солнце пустыни», а другие ленинградские борцы снимались у Михалкова, Мотыля, Юнгвальд-Хилькевича, Андрея Кончаловского и др. Массарский вспоминал: «Владимир Мотыль предложил мне придумать и поставить схватку на баркасе таким образом, чтобы Павел Луспекаев мог многое в сцене сделать сам. Главным условием режиссер поставил следующее: таможенник — бывалый солдат, но он не может применять в драке специальные приемы. Он просто здоровый мужик. Мотыль предложил мне найти дублера и снять с его участием основную драку, а Павла, чтобы сохранить эффект присутствия, подставить на короткие крупные планы. Мы оба понимали, что на раскачивающемся баркасе в схватке с бандитами он не сможет устоять на своих искалеченных ногах. При этом Мотыль говорил, что в драках ничего не понимает, — как я поставлю сцену, так и снимем. И я подумал, что действия Верещагина в схватке на баркасе надо ставить… без привычных действий и приемов. Решил дублировать Павла сам. Надев такой же, как у него, костюм, «примерив» грим, я приступил к репетициям. Надо сказать, что со мной был только один опытный каскадер, а остальных пришлось привлечь из окружения Абдуллы. Это были парни, которых отбирали на улицах как «типажей», но почти никто из них не имел спортивной подготовки, и их пришлось тренировать и обучать. Я ставил сцену так, что на меня нападали пятнадцать нукеров Абдуллы, и я должен был прочувствовать те моменты схватки, где можно подставить на крупные планы самого Павла. Мы репетировали на рыбачьем баркасе больше недели. В свободное от других съемок время к нам приходил Павел. Он переживал, советовал, подсказывал мизансцены…»

4. Петербург — Мекка отечественного женского дзюдо. Елена Петрова стала первой отечественной олимпийской медалисткой, завоевав бронзу на Олимпиаде 1992 года, а ее ученица Тея Донгузашвили долгое время была самой титулованной отечественной дзюдоисткой: бронза Олимпийских игр 2004 года, 14 медалей на чемпионатах мира и Европы. В 2008 году в Пекине в шаге от олимпийской медали была еще одна петербургская спортсменка — Людмила Богданова, занявшая в итоге 5-е место.

5. По мнению многолетнего главного тренера сборных СССР и России Геннадия Калеткина, у ленинградских дзюдоистов всегда была «превосходная техническая подготовка». Александр Массарский: «Есть такой анекдот: человека привели к врачу на соревнованиях, а у него на ягодице следы укуса, две челюсти. «Как так случилось?» — «Да вот боролись, переплелись, чувствую, меня сейчас бросят, передо мной ягодицы, я как цапнул зубами, оказалось, мои». Так вот этот анекдот — не про ленинградцев. Питерские борцы всегда боролись честно и никогда к подлым приемчикам не прибегали».

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся