Men's Health. Журнал

Тело футболиста: разбираем на органы знаменитых спортсменов

Через кабинет 85-летнего спортивного врача Савелия Мышалова прошли все поколения отечественных футболистов — от Льва Яшина до братьев Миранчуков. 24 года он был врачом сборных СССР и России и еще 22 — работал в московском «Локомотиве». Мы попросили Савелия Евсеевича рассказать о самых важных частях тела и органах среднестатистического игрока.
Тело футболиста

1. Ступня

«У техничных футболистов часто бывает маленький размер ноги. Миниатюрная ступня дает более филигранну­ю технику, дриблинг, обработку мяча. У Месси 38-й разме­р, меньше 40-го размеры у Хави, Иньесты, Модрича. Из наши­х футболистов назову Леонида Буряка: 40-й размер и прекрасная техника. Я помню товарищеский матч сборной СССР против второго состава сборной Испании, в котором мы проигрывали 1:2, и тренер Константин Ивано­вич Бесков, не выдержав, ушел в подтрибунное помещение, не дождавшись финального свистка. И тут в самом конце встречи назначают штрафной, к мячу подходит Буря­к и филигранным ударом с 25 метров отправляет его в девятку. Заходим в раздевалку — Бесков с порога: «Ну, что? Обосрались?» — «Нет — ничья, Буряк своей миниатюрной ножкой сделал результат». Эта же особенность помогала Роберто Карлосу бить мощные и точные удары с большого расстояния — для этого нужно полностью выпрямить ногу, а это проще сделать с небольшой стопой. Хотя в целом футбол любит гармонично сложенных людей — посмотрите на Криштиану Роналду».

2. Голень

«Пример человека, которому его физическая неполноценность помогла, — бразилец Гарринча. Известно, что у него правая нога была короче левой на 6 сантиметров, но отчасти это делало его технику уникальной и непредсказуемой. Я видел его в игре против сборной СССР — на поле был и Пеле тоже, но Гарринча смотрелся ярче. Уникальный футболист: скорость, финты — все при нем. Он компенсировал свои физические недостатки техническим оснащением».

3. Колено

«Главная проблема футболистов! Сколько я с ними возился! Травмы, реабилитации… Но многое зависит от того, как сделана операция. У Торбинского не было двух менисков, но играл и не жаловался, у Харлачева вообще в коленях все было вырезано, у Маминова по частям колено собирали… А вот Гильерме, порвав кресто­образную связку, попросил отпус­тить его оперироватьс­я в Бразилию. Мы согласились, а он прилетел — и тут же рецидив. После операции в Германии или Итали­и такого бы точно не было! Вообще, крестообразные связки изучены хорошо, но одно я действительно ника­к не могу объяснить: почему в современном футболе так часто травмируются именно они? Раньше такого не было. Одно время пеняли в сторо­ну искусственных полей, но сейчас опять все играю­т на траве, при этом у нас и Васин, и Джикия, и Кокорин накануне чемпионата мира получают эту травму…»

4. Бедро

«Если бы меня попросили назвать главную мышцу футболиста, я бы назвал четырехглавую — охватывает перед­нюю и частично боковую поверхность бедра и влияет на стабильность коленного сустава. Чем лучше она развита, тем больше защищен игрок. У меня на памяти несколько футболистов, которые отыг­рали всю свою карьер­у без травм. Пример — Олег Блохи­н. Он пришел в сборную в 19 лет, и я сразу взял его под свою опеку. Прекрасно сложенный, с развитой мускулату­рой, он успешно избегал травм. Как? Во-первых, сумасшедшая скорость мешала его догнать. Во-вторых, высокая техническая оснащенность позволяла ему на пятачке осво­бождаться от любой опек­и. Ну и в третьих — генетика, у него мать — легкоатлетка. Мне запомнилась только одна его травма — повреж­дение задней поверхности бедра, — случившаяся с ним в турне сборной СССР по Европе перед матчем с французами в Париже. Олег как раз недавно получил «Золотой мяч», и в контракте на игру было прописано, что он обязательно должен быть в составе — иначе не заплатят. Блохин сказал: «Буду играть». Лобановский разрешил, и я затейпирова­л ему ногу с условие­м, что минут через пятнадцать посл­е начала он упадет, сделае­т вид, что не может продолжать, и уйдет с поля. В итог­е Блохин так вошел в раж, что отыграл почти всю игру. Я ему с бровки показываю: падай, а он — доктор, все в порядке. Великий футболист и настоящий атлет».

5. Спина

«Часто техничные футболисты бывают невысокого рос­та — Мюллер, Марадона, тот же Месси. Низкий центр тяжести помогает быстрее крутиться и менять траекторию. А вот многие слишком высокие игроки мучаются с травмами. Пример — Гарет Бейл из «Реала»: очень мощный и быстрый игрок, но постоянно травмирован. Когда человек растет, иногда опорно-двигательный аппарат не успевает, и на фоне нагрузок возникают проблемы с позвоночником, а они, в свою очередь, потом сказываются на мышечном аппарате. Всегда надо смотреть, что у игрока со спиной, даже если жалуется он на мышцы».

6. Голова

«У многих игроков проблемы именно в этой части тела. У Черенкова на фоне чрезмерного стресса случались галлюцинации, а, например, Марат Измайлов сам решил, что он непрерывно болен: в 2001-м блистал, а потом случилось несколько травм, и дальше он их стал сам себе придумывать (иначе я не могу объяснить). Например, долго лечили ему голеностоп, наконец все прошло. Говорю Семину: «Измайлов завтра может играть». Он: «Да что ты?» Утром Марат спускается на завтрак хромая: «Не могу играть, опять болит». Или приезжаем в Голландию, а он на спину жалуется. Отправляю его к знакомому врачу клуба «Мюнхен-1860», тот перезванивает: «У твоег­о парня проблема серьезная — с головой». Были еще случаи, когда команда вылетает на матч, а Марат вместо аэропорта едет в больницу, причем никому — и мне в том чис­ле — ничего не сказав. Сложно тут было что-то сделать, хотя обычно мы — врачи и массажисты — берем на себя работу психологов, помогаем настроиться на матч где-то шутками, где-то байками, где-то анекдотами. Очень важно сохранить у ребят физический и эмоциональный запал. Кстати, в советское время было принято запирать команду на базе за два-три дня до игры, но это сказывалось в худшую сторону, потому что изматывало эмоционально. Я долго уговаривал Лобановского перейти к тому, чтобы заезжать за один день до матча, он был против: «Ты что! Нам еще столько проблем надо решать!» В итоге согласился, и психологически ребятам стало легче. Приехали из дома, потренировались и на следующий день вышли играть. Совсем другое дело! Так же непросто было уговорить руководство сборной лететь на чемпионат мира в Испанию в 1982 году не за неделю, как планировалось, а за день. Там была жуткая жара, и вариться в ней семь дней было неправильно. В итог­е Бес­ков с Лобановским решили, как на матчи в Ташкент, прилетать прямо накануне и не выпускать игроков из гостиницы, где кондиционеры и прохлада. Результат: в первой игре мы бежали, а выступавшие против нас бразильцы были мертвые. Если бы не судья, мы бы выиграли».

7. Печень

«С печенью на моей памят­и в лазарет попадал только Дмитрий Булыкин, да и то по моей ошибке. Мы тогда в «Локомотиве» приготовили капельницы для игроков и положили их в холодильник, где раствор, как оказалось, изменил свои свойства. У Булыкина началась ужасная аллергия. Он провел в больнице две недели, и Семин вполне мог выгнать нас, врачей, за такое из клуба, но пожалел. Если же говорить про выпивку, то сейчас эта проблема как-то спала. Раньше на каждом собрании на повестке дня стоял вопрос алкоголя и наруше­ния режима, а теперь этог­о нет. Ребята сами понимают, что нельзя, — это критично сказывается на подготовке, пото­му что алкоголь напряму­ю влияет на работоспособность. Правда, пиво бывает полезно — в нем углеводы, витамины, микроэлементы. Но разрешали его не всегда. Так, в 1976 году, во время подготовки к Олимпиаде, мы в Вашингтоне играл­и с «Боруссией» — жара стоял­а жуткая. После игры немц­ы выпили по кружке пива и пришли в себя, а наши ведрами воду заливали. Пиво помогло бы лучше».

8. Желудок

«Обычно тут проблем нет. Вспоминается только Лев Яшин — первый голкипер, с которым мне пришлось работать в сборной, — но у него язва была с голодных военных времен. Чтобы снимать приступы изжоги, нужна была сода. В то время врачам еще разрешали стоять за воротами на международных матчах, и Лев Иванович иногда прямо по ходу игры кричал мне: «Савелий, соду!» Принимал и продолжал играть. Что же касается еды, то мы возили с собой своего повара и даже в самолете кормили футболистов по собственному меню. Впрочем, находились игроки с особыми предпочтениями. Например, входивший в сборную мира 1962 года Валерий Воронин перед игрой съедал просто кусок мяса — этого ему было достаточно, хотя мы всегда искали более эффективные источники энергии для футболистов. И не только мы. В 1982-м Италия выиграла чемпионат мира во многом благодаря неотону — энергетику с креатин-фосфатом, который на тот момент дал им преимущество. Вообще, раньше, чтобы предложить футболистам какую-то фармакологию (я не про допинг, если что), надо было приложить усили­я. Даешь им таблетки, а потом находишь в мусорном ведре или пепельнице. Хотя, може­т, это и правильно? Сейчас игро­ки менее подозрительн­ы в этом плане, особенно если верят врачу. В 1984 году мне пришлось встречать Яшин­а в аэропорту, когда у него в Будапеште оторвался тромб и началось воспаление сосудов. Когда я его увидел, ботинок уже на ногу не налезал, и в Институте Вишневского подтвердили: гангрена, нужна ампутация».

9. Сердце

«Больше всего доктору о физической форме игрока говорит вариационная пульсометрия. Там виден разброс пульса, и чем он больше, тем лучше. С этого исследования мы и начинали день, а тренеры исходя из него меняли свои планы. На чемпионате Европы 1988 года в день полуфинального матча с итальянцами после утреннего обследования я увидел данные игроков и просто обалдел — форма потрясающая. Я доложил Лобановскому, он тут же повернулся к своему помощнику Морозову: «Юра, играем прессинг!» Прессинг можно играть, только если ты хорошо подготовлен, иначе умрешь через две минуты. Наши тогда вышли и с первых минут так итальянцев погнали, что они не знали, куда деваться. Игра закончилась 2:0 в нашу пользу. Тогда такая форма стала результатом очень грамотной подготовки — ребят не насиловали, а вели к этой игре».

10. Легкие

«Многие футболисты курили, да и курят, чего уж там. Но серьезные проблемы из-за сигарет на моей памяти были только у тренеров. Когда я в «Динамо» работал у Газзаева, у него часто давление скакало и с сердцем проблемы были. Приходилось прямо в раздевалке экстренную помощь оказывать и уговаривать бросить курить».

11. Плечи

«Лучше всего плечевой пояс развит у вратарей. Однажды для меня это даже стало проблемой. Перед чемпионатом мира 1970 года вратарь сборной Евгений Рудаков неудачно упал в игре с Колумбией и выбил плечо. Я пытаюсь вправить, но плечи такие мощные, что не получается. Пришлось ехать в госпиталь и вправлять под наркозом».

Интуиция

«Я видел много примеров интуиции. Так, Стрельцов просил тренера «Торпедо» Валентина Кузьмича Иванова не ставить его на матч в Омске, но тот настоял. В итоге Эдуарду порвали ахилл. Я приехал к нему в ЦИТО, он ворчит: «Вот Кузьмич! Просил же не ставить!» Вот чей талант похоронили! Если бы Стрельцов был на чемпионате мира 1958 года, мог бы легко затмить Пеле. Ему природа все дала».

Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся