Men's Health. Журнал

Как пережить беременность и родить ребенка вместе с женой?

Жена Севы Кущинского предъявила ему маленькую такую бумажечку. А на ней — две маленькие такие черточки. Совсем скоро он станет дважды отцом.
Как я рожал

Поскольку дочь у меня уже есть, то для разнообразия и в то же время для семейного равновесия хотелось сына. Супруга говорила, что на этот раз точно мальчик, потому что все не так, как в первую беременность: и живот огурцом, и токсикоз невероятный, и вообще все по-другому. В голове с бешеной скоростью завертелись всевозможные имена будущего наследника. И ситуации. Совместная игра в футбол. Компьютерные стрелялки. Велосипед. Травмопункт. Пиво. Автовождение. «Где ты шляешься? Почему мать волнуется? Позвонить трудно?» и т.д. и т.п.

Девять месяцев тянулись невероятно долго — уж очень я ждал рождения малыша, да и доставка нового джипа-внедорожника все время оттягивалась. К тому же эта невероятная смена в настроении моей жены! Из веселой и рассудительной молодой женщины она превратилась в слезливую, раздражительную девочку, просто созданную для методичного вынимания и пожирания моего мозга. И это на фоне общей пришибленности, подтормаживания и подтупливания (врачами уже давно научно установлен факт отека головного мозга у беременных женщин и как следствие — нарушение памяти, координации и т.д.). Шансов расслабиться у меня не было никаких, и я понимал, что закончится этот ад только тогда, когда она перестанет быть беременной.

Меня поджидал сюрприз. Любимая сказала, что хочет, чтобы я непременно присутствовал на главном жизненном спектакле — на родах то есть. Во-первых, потому что она уже знает, как это происходит, и ей просто-напросто страшно, а во-вторых, поскольку дочь родилась, когда я был далеко в командировке, и увидел ее, только когда ей уже исполнилось пару недель. Таким образом жена хотела, чтобы у меня сразу запустился отцовский инстинкт. Я в общем-то был не против. Хотя почти все друзья и знакомые не разделяли моего оптимизма.

— А оно тебе надо? — говорили мужики.

— Все-таки между мужем и женой должна оставаться какая-то тайна! — говорили женщины.

Но я был абсолютно уверен в том, что собирался сделать. Знал, что по обыкновению все случится не совсем так, как надо, и больше всего боялся, что рожать она вздумает днем, в будни, когда по Москве не протолкнешься, а роддом мы выбрали ровно на противоположном конце столицы.

Но жена оказалась молодцом и все сделала грамотно, схватки начались в ночь с пятницы на субботу, а выдвинулись мы в роддом под утро, когда трассы абсолютно пусты. Все бы хорошо, если бы, вернувшись накануне домой, я не принял некоторое количество алкоголя — никто ж не знал, что она вдруг вздумает рожать. Только я собрался лечь спать, как вдруг начались первые схватки. Сначала жена никого не хотела беспокоить, потому что не была уверена, что это те самые родовые схватки, а не тренировочные, а когда к утру стало ясно, что обратного пути уже нет, — ей стало неудобно будить кого-либо из друзей с просьбой отвезти нас на машине, поскольку я был подшофе. Короче говоря, жена сказала, что поведет машину сама. Делать было нечего, и мы поехали.

Я чувствовал себя штурманом, отслеживающим отрезки трассы и предупреждающим пилота о приближающемся крутом повороте. Засек время между схватками — семь минут! На шестой минуте предупреждаю жену, что уже скоро. Она прижимается к обочине, а я включаю аварийку, беру ее за руку, и так мы пережидаем очередную схватку. 40 не самых простых секунд, и мы трогаемся дальше. В нашем распоряжении снова около семи минут пути до следующей схватки. Так мы останавливались раз шесть, пока не доехали до роддома.

В течение всей беременности люди меня спрашивали: что, твоя жена, беременная, еще и машину водит? А что тут удивительного. Сидишь себе и едешь — гораздо проще, чем ходить пешком с таким огромным животом. А «самодоставка» в роддом на самом деле благотворно сказалась на самочувствии будущей матери — вместо того чтобы 40 минут сосредотачиваться на своих болезненных ощущениях, жена, занятая важным делом, немного отвлеклась, и мы более-менее спокойно доехали до роддома.

Как я рожал

Недолгая процедура оформления в приемном отделении, переодевание в больничные одежды, и вот мы уже в родовом блоке. Схватки нарастают с каждой минутой, и акушерка говорит, что до самих родов осталось не более часа. От неизвестности предстоящего шоу подло заныло под ложечкой, но виду стараюсь не показывать — я же пришел сюда успокаивать и поддерживать любимую. Инстинктивно дышу в такт ей, то глубоко и медленно, то быстро, как собака с высунутым языком, — схватки диктуют, как именно. Наконец супругу укладывают на родильный стол. Началось!

Я помню, что в Библии написано: «…и будет жена детей рожать в муках…» Не знаю, как переносят роды другие женщины, но моя супруга кричала так, что я думал, у меня барабанные перепонки полопаются, а сердце разорвется на пеленки. Обезболивание, которое мы обговаривали тысячу раз заранее с врачом-анестезиологом и на которое «железно» рассчитывали, по разным медицинским показаниям делать было нельзя. Нет ничего страшнее, когда самому родному человеку ты ничем не можешь помочь в трудную минуту. Стоишь у изголовья, держишь за руки и, по сути, бездействуешь. Были моменты, когда я физически не мог вынести этого крика, тогда я закрывал глаза и зарывался головой в свои руки, которые были намертво сцеплены с руками жены.

Ну, твою ж мать, думал я, за тысячи лет существования человечества природа до сих пор так и не придумала более гуманного способа размножения, — ну, там, вегетативно или как-нибудь еще, неважно… В детстве, помню, были дурацкие рассуждения со сверстниками, кому хуже: мальчикам в армию идти или девочкам детей рожать? Сейчас однозначно говорю — в армию, в армию, в армию… никаких родов! Я не терял сознание при виде крови, я переживал за страдания жены и боялся думать, как выйдет на этот свет мой долгожданный малыш.

Слава богу, все это длилось недолго — наконец показалась головка, а за ней — хрупкое, маленькое тело… моей дочки! С души упал камень, а с ним и надежда на сына — и тогда я понял, что теперь буду обложен в своей семье женщинами со всех сторон. И вот обрезана пуповина, я беру в руки конверт с этой маленькой женщиной, свидания с которой так долго ждал. Она удивительно спокойно лежит на моих ладонях, которые для нее просто-таки широченный диван и смотрит сквозь меня блуждающим, пока еще мутным взглядом.

Кто это не испытал, тот вряд ли меня поймет. Пока женой занимались врачи, к ребенку пришел педиатр, и меня попросили подождать немного в коридоре, чтобы я не путался под ногами. Настоящий мужчина полностью отдается тому делу, которым занимается. Мальчики не плачут — мальчики рыдают! Я не мог с собой справиться — у меня полились слезы, хлынули, как Ниагарский водопад, вынося из меня чудовищное напряжение. Вокруг забегали сестрички — боялись, что упаду в обморок, но, удостоверившись в том, что я терять сознание не собираюсь, предложили умыться и принесли полотенце.

Говорят, что сделать девочку — ювелирная работа, сделать двух — это высшее мастерство, трех и более дано немногим профессионалам высочайшего класса. Но вот почему-то все равно хочется еще и сына забацать — а для этого, видимо, нужно работать грубым, особым образом. Но только вот как это? Не подскажете?

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся