Men's Health. Журнал

Как происходит увеличение пениса?

Этот вопрос настолько измучил Илью Колмановского, что мы поручили ему разобраться в современных возможностях фаллопластики.

Врачи уже начали выращивать заплатки для инфарктных сердец. Научились делать операции на плоде, ненадолго доставая его из чрева матери и возвращая обратно. Но неужели хирурги способны создать из ничего самое главное — член?


Примерно в часе езды от Москвы живет один из авторитетных пластических хирургов, начинавший еще в советские годы с 24-часовых операций по пришиванию пальцев солдатам. Профессор Алексей Боровиков. Мы садимся за длинный дубовый стол, я включаю ноутбук, и Боровиков немедленно намечает для меня весь план повествования:

— Чтобы разобраться с современными возможностями фаллопластики, сначала договоримся, что дано...


УСТРОЙСТВО ПОЛОВОГО ЧЛЕНА

Устройство полового члена

Основа пениса — два мощных стержня пещеристой ткани (см. рис. слева). Их легче всего представить в виде двух дирижаблей с прочной герметичной оболочкой. Когда кровь наполняет “дирижабли”, они твердеют. Снизу вдоль стержней следует трубка из губчатой ткани, уретра. При эрекции ее ткань тоже каменеет, и тогда трубка помогает поддерживать зияние протока — чтобы он не передавливался стенками влагалища и свободно пропускал генетический материал в нужном направлении. Губчатая ткань трубки на конце переходит в головку члена. Пещеристые тела закреплены в глубине таза. Наружу торчит только половина члена, еще примерно столько же служит основой. Это важно — хирурги научились пользоваться данными закромами. Пенис покрыт совершенно особой кожей. Если ты подвигаешь ее вдоль оси органа (не слишком увлекаясь!), то заметишь, что все сосуды двигаются вместе с ней; так же ведут себя и нервы, кожа полностью автономна от самого пениса. Именно поэтому хирурги запросто снимают кожу с пениса, колдуют над ним и надевают ее обратно. Ужасающая процедура называется нежно и элегантно: degloving (glove — “перчатка”).

Кожа пениса легко растягивается, ведь его объем во время эрекции увеличивается в пять раз. Когда эрекция спадает, кожа утягивает все содержимое пениса, и это тоже важно. Кожа настолько растяжима, что после обрезания ее можно все равно вернуть назад. Все в пенисе можно заменить, но если от него не осталось даже такой кожи, тогда мы говорим о полном воссоздании пениса.


Чаще всего кандидатами на фаллопластику оказываются мужчины с нормальной эрекцией и вполне способные к половому акту. Как ни парадоксально, их больше всего интересует, как будет выглядеть член в расслабленном состоянии.

—  По сути это ведь аналог увеличения груди, которое воспринимается всеми как нечто нормальное, — говорит Боровиков, — увеличение члена, в отличие от увеличения груди, обычно не обсуждается, хотя выполняется часто и имеет такую же подоплеку. Тщеславие людей меня потрясает. Я видел плавки со специальной накладной вставкой, как в лифчике, — продавец объяснил: «Просто чтобы подчеркнуть, какой у тебя здоровый агрегат». Количество того, что в плавках, имеет для людей значение. Ведь и женщина не собирается танцевать на рояле с голой грудью, ей важно надеть облегающий свитер, чтобы подчеркнуть, какой агрегат у нее.

— Расскажите скорее про операции, — попросил я, потому что эти сведения меня сильно взволновали.

— Операции бывают двух типов: увеличение диаметра и увеличение длины. Вам какая нужна?

Натуральный конструктор

УВЕЛИЧЕНИЕ ДЛИНЫ И ДИАМЕТРА

Увеличение диаметра пениса — самый древний вид фаллопластики. Основные практики цивилизаций прошлого — укусы ядовитых насекомых, закачивание разных веществ в кожу крайней плоти, вживление туда шариков — имеют и сегодня прямых наследников. Так, в армии и в тюрьме широко практикуется вкалывание под кожу пениса вазелина. Диаметр увеличивается, но отчасти смысл этой процедуры — в страданиях, переносимых жертвой; что-то вроде обряда инициации (вспомним кенийские племена, у которых обрезание проводится в 13 лет именно как испытание крепости духа). Страдания действительно есть: помимо мучительного укола, от вазелина начинается олео­гранулома — гнойное вздутие, которое надо муторно чистить ценой нескольких операций.

Современные медицинские практики увеличения диаметра пениса “за полчаса”: введение под кожу гелей, собственного жира или окутывающих пластин из синтетических материалов. Но все эти “довески”, как правило, в лучшем случае выгнаиваются, часто несимметрично и с прочими неприятными эффектами.

Боровиков рассказывает мне о двух более продвинутых, но и тяжелых путях увеличения диаметра:

— Во-первых, обертывание лоскутом собственной ткани. С ягодицы берется фрагмент кожи с подкожным жиром. Дальше все просто: пенис подвергается операции degloving, оборачивается полученным «одеялом» и снова укутывается соб­ственной кожей. Успех зависит от того, прорастут ли сосуды в новый лоскут.

Второй метод: пересадка мышечного лоскута с пучком собственных сосудов. Они сшиваются с сосудами пениса, и лоскут хорошо приживается.

Надо заметить, что при увеличении диаметра пенис слегка отвисает под собственной тяжестью, но этот эффект незначителен.

Увеличение длины пениса Вопреки всем рекламным утверждениям, медицинская наука до сих пор упирается в ключевое ограничение: длину оболочки пещеристых тел. Их нельзя разрезать, вставить удлиняющий цилиндр и зашить обратно (есть единичные сообщения о таких операциях, но эффект не подтвержден). Так что врачи вынуждены жульничать, вытягивая дополнительные сантиметры из таза.

Дело в том, что корень пениса составляет до 50% его длины. Высвободив несколько сантиметров трепещущей плоти, кожу ушивают. По форме шов похож на букву Y (ножка буквы Y — это и есть выигранные сантиметры).

Сильнее всего эффект виден, когда гордый пациент оказывается по соседству от нас около писсуара или в бане. Однако если при эрекции пенис устремлен вверх, он снова возвращается в исходное положение, к тазу, так что выигрыш не так велик.

Несколько ослабленный фундамент не может не сказываться в некоторых ситуациях, но после пенетрации это уже не важно. Качество фрикций не пострадает, если только не идет речь о насильственных действиях.

— Еще была голландская методика вроде аппарата Елизарова, — говорит профессор Боровиков, — на пенис надевались два кольца, одно упиралось в лобок, другое поддерживало головку, и распорки между ними управлялись колесиками. Это растяжение — по полсантиметра в год — ничего не дает, ведь при эрекции «дирижабли» раздуваются в несколько раз, при этом они и не вспоминают, что в висячем состоянии их кто-то растягивал.

ФАЛЛОПЛАСТИКА ПРИ ЭРЕКТИЛЬНОЙ ДИСФУНКЦИИ

Покончив с разговорами о косметике, мой собеседник переходит к более серьезным проблемам. По его тону я понимаю, что мой дух сейчас подвергнется ужасным испытаниям, но отступать некуда.

— Если эрекция нарушена из-за психологических или неврологических причин, с этим сегодня справляются медикаменты. Но иногда речь идет не о проблемах подключения устрой­ства, а о сбоях его собственной работы. В советские годы люди иногда спасались сами, делая уколы папаверина в каждое из пещеристых тел. Сосуды расширялись, кровь наполняла пещеристые тела, и несколько часов все стояло на своих местах, так сказать.

Врачи пользуются папаверином и сегодня; когда Боровиков рассказал мне о том, как именно, я пожалел, что спросил.

— Ведь во время операции нам нужен эрегированный член, хороший каркас для наших маневров; так что мы вкалываем папаверин и приступаем к действиям. Операция закончилась, прошло 3-4 часа — а папаверин все еще действует; тогда нужен адреналин — спазмировать сосуды и опустошить «дирижабли», пещеристые тела.

Но если папаверин не помогал, на помощь приходили амбициозные реконструктивные хирурги:

— Мы делали сверхтонкие микрососудистые операции. Мы чинили рояли, вместо того чтобы выбрасывать их и садиться за синтезатор. Сейчас про это забыто. Туда вставляют протезы. Протезы были и в 70-е — простые силиконовые стержни. Мы разрезали оболочки, в кавернозные тела вводили толстые металлические палки... двигая их вперед-назад, полностью разрушали кавернозные тела, заодно определяли их длину и вставляли силиконовые стержни по размеру. Раньше они у меня всюду валялись... синие такие... был в Ростове заводик, они ничего не стоили.

— Но как же так, ведь в Советском Союзе «секса не было»? Зачем же тогда протезы?

— Секса не было, а пенис был — такой интересный перекос в сознании большевиков. Советский Союз подписал преамбулу ВОЗ, в которой говорится о медицинской роли психосоциальной составляющей личности.

— А я слышал, реконструкция или тем более аугментация груди в СССР были в полном загоне; мне рассказывал известный хирург Александр Неробеев, что, когда он просил денег на развитие этой области, ему говорили: мы должны пришивать пальцы рабочим, а грудь — это все разврат. Если женщина верна своему мужу, ей не нужна грудь.

— Да, получался такой шовинизм. Наверное, они считали, что мужчина с такими проблемами делался плохим работником.

Сегодняшний, современный этап эволюции протезов поражает. Суть этих протезов — надуваемые баллоны с клапанной системой, резервуар с физраствором спрятан в мошонку, когда нужна эрекция — человек сдавливает мошонку, по клапанам вода поступает в протез и надувает его. Еще какой-то трюк позволяет слить воду обратно, когда нужно.

— Чего можно ждать в будущем — как изменятся эти чудо-протезы?

— Думаю, будут использоваться любые решения, которые могут давать быструю перемену объема и контроль над этой переменой. Например — Wi-Fi.

Эрекция по Wi-Fi! Неплохой слоган для рекламной кампании какого-нибудь мобильного телефона. Наверное, и из стволовых клеток научатся второй пенис выращивать… впрочем, мы еще не поговорили о реконструкции. Что делать, если подруга слишком рьяно занималась оральным сексом и в порыве страсти стиснула зубы? 

КАК ПРОХОДИТ РЕКОНСТРУКЦИЯ ПОЛОВОГО ЧЛЕНА

Нам принесли чай, и я рад передышке. Профессор Боровиков выуживает из стакана пакетик, отхлебывает и задумчиво сообщает:

— Допустим, пениса вообще нет — он полностью утрачен из-за онкологической операции или травмы; его может почти не быть из-за врожденной патологии, либо речь идет о транссексуалах.

Я отставляю чай и обреченно барабаню по клавиатуре; но мой собеседник рассказывает так увлекательно, что я незаметно для себя забываю о страхе:

— Возьмем транссексуала. Суть операции вот в чем. Предплечье пациента размечается для будущего кроя. Согласно разметке забирается несколько больших лоскутов кожи с подкожной клетчаткой; эта огромная рана на руке залепляется небольшим кусочком кожи с бедра.

Лоскут с бедра растягивается во много раз благодаря тому, что он очень тонок и в нем делается решетка из многочисленных щелей — все эти крошечные ранки легко заживают; рана на бедре гораздо меньше, чем рана на руке; получается каскад из «кредитов» — из бедра на руку, из руки на пенис. Хирурги иногда называют эту систему «тришкин кафтан».

Для создания пениса из двух больших лоскутов шьются цилиндр и головка. Внутрь этого цилиндра вкладывается узкая трубка, созданная из отдельного лоскута кожи — будущая уретра, мочеиспускательный канал. Канал оказывается выстлан эпителием кожи пациента.

Тяжелая проблема этих пациентов: эпителий настоящей уретры у настоящего пениса уникален — он приспособлен к постоянному контакту с мочой. Кожа, взятая с руки, не приспособлена для этого, и она начинает воспаляться, рубцеваться. Канал приходится регулярно растягивать и прочищать металлическим стержнем. Но уретра очень важна для этих пациентов: хотя ни о какой эякуляции речи не идет, они дорожат возможностью мочиться в муж­ском туалете рядом с другими людьми.

Получившийся пенис укрепляют на лобке. Клитор либо остается на месте (тогда он стимулируется просто фрикцией), либо ему предстоит путешествие вперед, вдоль нового члена. Эта задача облегчается тем, что у клитора есть своя сосудисто-нервная ножка, на которой его можно переносить.

Кожа больших половых губ очень растяжима, как и у мошонки, — туда можно поместить много всего для очень убедительной имитации. Выход из влагалища оставляют открытым, так как оно продолжает секретировать выделения, которые должны удаляться.

Эрекция такого пениса достижима, только если в нем есть протез, хотя гораздо сложнее, чем в случаях, описанных на предыдущей странице. Дело в том, что ткани руки не приспособлены к растяжению. Половой член увеличивается при эрекции в пять раз — безо всякого насилия над его тканями, он к этому приспособлен. Член, созданный искусственно, не умеет раздуваться; его можно осторожно раздуть за несколько месяцев, но потом он не сдуется...

Часто хирурги идут путем, который напоминает нам о китах и моржах с их костями пениса: можно вставить в пенис плюсневую кость или кусок ребра. Знал бы Адам, как сегодняшние Евы распорядятся его наследием.

В моей голове роятся пенисы, дирижабли и синие палки с ростовского завода. А что же люди? Чего на самом деле они хотят, какие чувства испытывают?

Боровиков говорит, что часто задумывается о психологии пациентов:

— Все они очень крепки духом, идут на тяжелейшие операции, согласны мириться со всеми издержками. Человек выжимает все из того нелепого творения, которым я пытаюсь заместить божий замысел. Эти люди получают нечто, свисающее с нижней поверхности лобка, и бывают абсолютно довольны. Вот откуда такое разнообразие методов.

Один мой коллега пересаживает кусок широчайшей мышцы спины с нер­вом в промежность и сращивает этот нерв со срамным нервом. Когда пациент приводит бедро — тот же нерв, который несет бедру этот приказ, превращает «пенис» из обвислой трубки в шарик — как там возможна пенетрация? Но люди довольны. Они удовлетворяются совершенно не тем, что мы себе представляем под пенисом, они находят этому применение.

— Понимают ли пациенты, какие осложнения наступают от всех этих вмешательств?

— Любое инородное тело насилует ткань изнутри, — объясняет профессор. — Когда ткань насилуют снаружи — это пролежень. Те же пролежни возникают изнутри. Люди идут на все эти сложности. Импотент — обычно немолодой, зрелый человек, получив на какое-то время возврат способности к полноценному сексу, видит, чем он за это платит. Один раз случился свищ или еще что-то — залечили, он подождал — пока залечим, замажем, потом второй раз — с годами он начинает взвешивать все pro et contra — и решает, а стоит ли игра свеч?

Боровиков постоянно сталкивается с самым буквальным определением мужества:

— Люди готовы приходить к психосексуальному благополучию совершенно немыслимыми путями. Они находят варианты бытования этих новых органов, нам неведомые. Это флагманы человечества, они показывают нам, как из ничего можно сделать что-то.

Многие из нас по разным причинам могут быть недовольны тем, что имеют. Неумолимые годы, техногенные катастрофы и излишества не щадят никого. Пожалуй, технический прогресс и «флагманы человечества» могут разделить наше дружное сообщество на три лагеря — по способам обретения нарушенной гармонии:

1. Новаторы будут растить органы в пробирках — из стволовых клеток.

2. Гаджетоманы будут посылать эсэмэски с пультов управления своих новых «друзей» — по $0,5 для достижения эрекции и по $10 (грабеж!) — для снятия.

3. Консерваторы пойдут проторенным путем: будут растить внуков и собирать колониальные марки викторианской Англии. Возможно, это и есть путь мудрости.

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся