Men's Health. Журнал

Марат Сафин: жизнь после спорта

Когда он выходил на корт, мы не знали, чем закончится матч, но были уверены — оторваться будет невозможно.

Когда в прошлом году он навсегда ушел с корта, мы тем более не знали, что будет дальше. Спустя 9 месяцев после окончания карьеры самого яркого теннисиста в российской истории мы встретились с Маратом Сафиным, чтобы выяснить: каково это — начинать жизнь заново, когда тебе 30 и самые главные победы, казалось бы, позади.

Дата рождения: 27 января 1980 года.

Рост: 193 см.

Вес: 89 кг.

Карьера: 1996-2009.

Титулы за карьеру: 15 одиночных, 2 парных.

Призовые за карьеру: $14 373 291.

Главные победы: 2 турнира «Большого шлема» (Открытый чемпионат США-2000, Открытый чемпионат Австралии-2005), 2 Кубка Дэвиса. В 2000 и 2001 годах Марат занимал первую строчку рейтинга теннисистов-профессионалов.

Семья: Мать Марата, Рауза Исланова, была одной из лучших советских теннисисток, а по завершении карьеры стала тренером. Отец, Михаил Сафин, работал в теннисном клубе. Сестра Динара — серебряный призер Олимпиады в Пекине и вторая российская теннисистка в истории, ставшая первой ракеткой мира.

Марат и Динара — единственные брат и сестра, которым удавалось стать лучшими теннисистами мира. На данный момент Динаре 24 года и в ее активе $9 901 568 призовых.

Спортсмены — уникальные люди. Если в большинстве профессий в 20 — ты никто, а в 40 — уважаемая личность, то у них часто бывает наоборот.

Марат Сафин за время своей карьеры несколько раз был готов повесить ракетку на гвоздь, и каждый раз причины были разные: недальновидность тренеров, нехватка денег, боязнь поражений, звездная болезнь и, наконец, травмы. Это не только история одного человека, но и рассказ о том, что вообще происходит со спортсменами на протяжении их карьеры.

1992

Будь воля самого Марата, тенниса в его жизни вообще не было бы. Парень с детства мечтал о футболе и даже учился в детской школе «Спартака». «Я ходил туда месяца полтора, пока шел отбор, но меня не взяли. Вот и пришлось заняться теннисом. Только лет через пять я понял, что меня подставили — мама договорилась, чтобы меня забраковали. Она молодец, правильное решение приняла, в футболе у меня было меньше шансов».

Марат СафинБудь воля самого Марата, тенниса в его жизни вообще не было бы

Правда, вскоре Марата «забраковали» и в теннисе: тренеры знаменитой американской Академии Ника Боллетьери не разглядели в Сафине будущую звезду. «Когда я приехал на просмотр, там уже были Курникова, Сампрас, Курье, Агасси, Риос, Макс Мирный. Через полтора месяца мне сказали, что я не подхожу, и отправили обратно в Россию».

Впрочем, иностранное образование Марат все же получил.

«В 1994 году у нас тут ничего хорошего не было: ни кортов, ни ракеток, ни мячей. Не было и денег у моих родителей, чтобы отправить меня учиться, но отцу помогли — нашли одного швейцарца, которого я так ни разу в жизни и не видел. Этот человек, которому я очень благодарен, решил помочь мальчику из России — дать денег на тренировки. Думаю, это большой подвиг — просто поддержать незнакомого тебе человека. Так, в 1994 году я попал в Испанию, в Академию Панчо Альварина в Валенсии.

Я жил в семье, где мне снимали комнату, и с утра до вечера тренировался. Первые полгода просто с ума сходил: в 14 лет я оказался в чужой стране, в семье, где все говорят на испанском, а я — только на ломаном английском и русском. Я просто ничего не понимал, но в детстве быстро учишься. Общаясь и смотря телевизор, я запоминал слова.

Еще легче стало, когда появились друзья. Правда, приходилось копить деньги, чтобы на выходных куда-то сходить и не чувствовать себя совсем бедным, — в месяц мне давали $60. Сейчас кому назовешь эту сумму — посмеются».

1997

В биографии Сафина этим годом датирован первый выигранный турнир, но всего за несколько месяцев до того, как поднять над головой кубок, Марат был уверен — с теннисом в его жизни покончено: после трех лет обучения в теннисной академии в то, что парень заиграет по-серьезному, верить перестали.

Марат Сафин

«В 1997 году спонсор сказал, что раз прогресса нет, то он прекращает финансирование». Это значило, надо ехать домой. И Марат вернулся — с туманным представлением о том, что делать дальше, и довольно четким пониманием, что профессиональный теннисист из него не вышел.

«Я собирался попробовать поступить в колледж в Америке, получив как спортсмен «сколаршип» — грант на обучение. Но я очень боялся ехать в никуда. И тут мне повезло — позвонили из компании IMG (одна из крупнейших агентских компаний в мире спорта. — MH) и сказали, что могут дать мне «уайлд-кард» (возможность принять участие в турнире спортсмену практически без рейтинга. — MH) на юниорском «Ролан Гарросе». Отказываться от такого шанса было нельзя, хоть я уже два месяца и не тренировался».

Получив от мамы $500, Марат поехал наудачу, но чуда не произошло и в первом же раунде он вылетел. Очков не набрал, но убедил агентов IMG не сразу ставить на нем крест. «Я ходил и тупо попрошайничал. В итоге мне дали где-то $7500 — хорошие деньги, чтобы поехать еще на несколько турниров». Вопрос только в том — куда ехать.

Теннисных турниров в мире множество, и без тренера и опыта сложно решить, где играть, а где нет. Тем более когда ты занимаешь место в середине пятой сотни рейтинга и особо никого не интересуешь. Марату снова повезло.

«Я поехал в Голландию на сателлиты — это 4 турнира, по итогам которых можно сыграть еще и Мастерс и получить очки. Там меня подхватили более опытные теннисисты — ребята из Франции и Аргентины. Видят: молодой парень, без тренера, вот и решили поддержать. Они расписали мне план на ближайшее время — где и когда лучше играть. И я четко по этому плану дальше и ездил.

Мужской теннис — это большая семья. Из-за того что пробиться наверх очень сложно, проще выжить, если держаться в кучке. Чем больше знакомых, тем легче — если у кого-то есть квартира в городе, где проходит турнир, можно сэкономить на гостинице. У кого-то спишь на раскладушке, у кого-то — и на полу. Вот у женщин такого нет — там отношения другие.

Через месяц у меня начали появляться результаты, я стал потихоньку зарабатывать: две тысячи здесь, полторы — там. Везло много раз! Вроде бы играешь плохо, а потом раз — случайно победил. Так и с первым выигранным турниром (серия «Челленджерс», Португалия, 27 марта 1997 года. — MH) вышло. Началось с того, что меня не сажали на самолет, пришлось бежать к менеджеру, умолять, что это мой последний шанс. В итоге меня посадили на места для стюардов. На турнир я прилетел в 5 утра, а первый матч — в 10, но я его чудом выиграл, и дальше пошло до финала.

С одной стороны — это везение. С другой — к тому, чтобы воспользоваться удачей, нужно быть готовым, так вот — я всегда был готов. Многие просто не видят своего везения. Как в том анекдоте — ну ты хоть лотерейный билет-то купи. Нужно быть цепким, нужен характер — и все придет.

Когда я занимал денег на «Ролан Гарросе», я был 450-м, а закончил год 200-м с $10 000 — $15 000, чтобы начать следующий год и нанять себе тренера. Даже остались деньги купить старенький, битый в дверь VW Golf без кондиционера за полторы штуки и снять квартиру в Валенсии за $500 — оттуда удобнее летать по турнирам, чем из Москвы».

2000

Еще Винни-Пух говорил, что «так сразу никто не уходит», но Сафин в 20 лет, выиграв Открытый чемпионат США и став самым молодым в истории теннисистом, возглавившим рейтинг Ассоциации теннисистов-профессионалов, решил, что это лучшее время выйти на пенсию. В то время в интервью он рассуждал о том, что хочет уйти на пике славы и открыть автосервис и магазин оргтехники.

Марат Сафин

«Понимаешь, я к тому времени уже 6 лет жил один, — объясняет Марат. — И так получилось, что в тот момент у меня не было рядом очень близких людей. Мне не с кем было поговорить, посоветоваться. Та победа на US Open мне казалась чем-то вроде последнего уровня в компьютерной игре — я прошел его, но что дальше?

Я же никогда не ставил себе цели стать первым. Это для меня было как улететь на Луну. Когда это случилось, мне нужен был новый толчок, потому что одно дело — добиться чего-то, а другое — удержаться наверху. Второе сложнее, потому что, когда тебе нечего терять, ты просто идешь к цели, а когда есть — начинаешь бздеть.

Слава богу, тогда все же нашлись люди, которые очень ненавязчиво подтолкнули меня к правильному решению. Считай, мне опять повезло. Потому что сделать ошибку очень просто, и вскоре ты будешь уже незнамо где сидеть опухший».

За успехом пришел закономерный спад: 2001 год Сафин заканчивал 11-м, выиграв лишь два небольших турнира. Зато в остальном, что называется, жизнь удалась: дом в Испании, 5 машин, включая Ferrari, Mercedes и Audi, квартиры. Живи и радуйся, черт с ним, с рейтингом! Но Сафин все продает и уезжает из Испании.

«От всего этого было больше головной боли. Все эти машины — это абсолютно не нужно. Я сейчас езжу — у меня старый Mercedes и старый Cayenne. Иногда даже гаишники спрашивают: «А чего ты ездишь на такой старой машине?» А мне не надо — у меня уже все было. Наверное, все должны переболеть всем этим. Деньгами нужно пользоваться, но они ни в коем случае не должны становиться смыслом жизни. Жалко, у нас в стране многие этого так и не поняли и живут только ради денег».

В следующем году у Марата угнали BMW, потом по очереди два джипа и обчистили квартиру, но он так же философски рассуждал об этом и знай себе выигрывал на корте, остановившись в одном шаге от вершины — на второй строчке рейтинга.

2006

За плечами Марата 15 титулов, 10 финалов и миллионы призовых — это итог 9 сезонов «взрослой» карьеры. Другой результат 9 лет профессионального тенниса — в его медицинской карте. Каждый сезон — это 11 месяцев непрерывных перелетов, тренировок и матчи по 4-5 часов под палящим солнцем. Марату становится все труднее, нет, не играть — ходить, и снова встал вопрос о завершении карьеры.

Марат Сафин

«У меня была проблема — я выиграл Открытый чемпионат Австралии и через месяц у меня колено начало болеть. Думал: потерплю — пройдет, но с каждым разом становилось все хуже. Через 3 месяца перед каждым матчем мне надо было принять 1600 мг обезболивающего, этого хватало на 1 сет, после чего я пил еще 400 мг. Мне обкалывали все колено, чтобы я его не чувствовал, но сколько можно жить в таком режиме? 2000-3000 мг обезболивающего в день, так недолго и организм посадить. Бегать я не мог, машину водить не мог, спать на животе не мог.

На осмотре в Италии мне сказали, что операция возможна, но гарантий никаких — могу забегать, а могу стать инвалидом. Говорят: попробуй ничего не делать пока, не сможешь играть профессионально через год — по крайней мере, сможешь иногда бегать в футбол с друзьями. Меня такой вариант устраивал.

В итоге я все же вернулся на корт, но прекрасно понимал, что на тот уровень уже никогда не выйду — скорость пропала, сорваться с места, как полагается, не могу, потому что все время думаю про колено. А зачем эти мучения?»

2009

По словам Сафина, в 2006-м завязать со спортом ему помешала простая мысль: «Брошу теннис — и завтра буду никому не нужен». Поэтому он вернулся и, несмотря на травмы, продолжал играть на высоком уровне — так за полгода до ухода «на пенсию» в 2009-м Сафин был 20-м в мире. Но Марат знал: 2009-й будет последним годом его карьеры теннисиста и заранее начал готовиться к этому, в том числе морально.

«Я все больше вникал в организационные вопросы, хотя многое и так знал. Теннис — отличная база для дальнейшей карьеры: ты путешествуешь, изучаешь языки, знакомишься с разными людьми. Открываются новые возможности, главное — поставить цели.

Когда я играл, составлял план выступлений каждую неделю, потому что ты никогда не знаешь наперед, когда для тебя закончится тот или иной турнир. Ставишь цель: выиграть один матч, два матча, собираешь по крупицам очки. Это очень тонкая работа, и такое понимание цели в том числе помогает увидеть, что у тебя в жизни сейчас лишнее, что и кто мешает. Это дисциплинирует, но от этого ритма потом сложно перестроиться — я еще месяца два после окончания карьеры по инерции планировал день так, чтобы лечь до 12 и встать в определенное время. Когда ты в армии пробыл лет 25 (а я в теннисе с 5 лет), потом долго стоишь по стойке смирно. Это знаешь как дрессирует!

Думал: месяц без тренировок — и +10 кг. На деле я просто стал меньше есть, и хотя из тренировок сейчас — только футбол с друзьями, я не только не набрал вес, а, наоборот, потерял 5 кг. Вон — джинсы висят.

Потихоньку начинаешь себя уже иначе видеть — не как спортсмена, который что-то может сделать для себя и своей карьеры, а как того, кто что-то может сделать для спорта. Это то, что мне сейчас действительно интересно, потому что я эту кухню знаю изнутри и вижу, как могу ее улучшить. Планов — куча.

В сентябре у нас открывается теннисная академия в «Крокус Экспо». Уже есть 4 корта, еще 8 строятся. Это только начало. Я взял ребят, с которыми раньше играл. Поставил задачу, что нужно через 5 лет кого-то уже вырастить. Пытаемся собрать талантливых, соображающих тренеров, потому что детям кроме тенниса надо много чего еще давать. Эта игра — не только удар справа, удар слева, это — путевка в жизнь, которой нужно правильно воспользоваться. Рядом всегда есть куча негодяев, которые помогут быстро потратить все деньги, и важно, чтобы у ребенка был человек, который сам через это проходил.

Марат Сафин

Формат Академии Боллетьери очень правильный. Меня не взяли? От ошибок никто не застрахован, но то, как там построен процесс, то, какие там тренеры, — это очень высокий уровень. Были бы там плохие условия — туда не ездило бы столько звезд.

У нас же в России как раз таких мест нет, вот и приходится детям ехать за границу, а кто это может себе позволить? Многие дети из регионов не могут даже до Москвы добраться. Нужен отбор по всей стране, инфраструктура — все это я хочу развивать. Пытаемся создать условия, чтобы люди могли тренироваться у себя в регионах. В Испании никому не нужно никуда уезжать из семьи. Не нужно отправлять ребенка непонятно куда. Там все есть.

Я хочу детишек прямо с младших возрастов брать, чтобы у них вырабатывались правильное понимание, ценности. А то когда к нам приезжает 10-летний «гений» на «бэхе семерке» в «Патек Филип» и орет на водителя, что тот ему дверь не открыл, — это сразу до свидания.

Нужны правильные условия и тренерам. Я понимаю, что, когда есть потолок зарплат, человеку это уже не так интересно, поэтому создаю формат, когда у тренеров остается время и на себя поработать, и пользу детям приносить. В России очень слабая база, но все же она есть. Теннис в стране любят, но надо очень много еще работать. Я готов, я этого хочу, мне это сейчас интересно. В планах и большой турнир в России — а то у нас на всю страну 2 турнира, а в Америке их штук 15.

Все это сложно, но сейчас у меня есть на это время. Стараемся и спортсменам-инвалидам помогать, у нас есть фонд, который существует уже с 2004 года. В общем, мое ощущение сейчас — карьера не закончилась год назад, наоборот — все сейчас только начинается».

ВНЕ ИГРЫ

«Есть ли жизнь после спорта?» — не праздный вопрос. Многие чемпионы прошлого «на гражданке» сдулись, спились, растворились. Но, к счастью, есть множество и обратных примеров.

СОКРАТЕС

Звезда бразильского футбола 70-80-х полностью оправдал свое имя и, даже играя за сборную страны, говорил, что футбол для него — лишь хобби. В контракте Сократеса был отдельный пункт, запрещавший тренерам вмешиваться в его учебу в медицинском университете. Когда пришла пора вешать бутсы на гвоздь, в багаже Сократеса уже был диплом врача и доктора философских наук, а на банковском счету — достаточно денег для открытия бизнеса.

АНДРЕ АГАССИ

Первое, о чем думаешь после долгой карьеры в спорте, — отдых. Неудивительно, что Андре Агасси решил заняться именно туристическим бизнесом. Вместе с женой (знаменитой теннисисткой Штеффи Графф) они основали компанию Agassi Graf Development LLC, специализация которой — обеспечение дорогого отдыха.

ДЭЙМОН ХИЛЛ

Бывший чемпион «Формулы-1» 42 раза поднимался на подиум, но в 1999 году решил, что в 40 лет надо найти занятие поспокойнее. Ему пришла в голову отличная идея — собрать гараж из самых дорогих и интересных суперкаров мира и предоставлять за солидные членские взносы доступ к этой сокровищнице автомобилей, которая получила название P1 International.

НИКИ ЛАУДА

13 сезонов Лауда летал пор трассам «Формулы-1», но в мечтах его были полеты на другой высоте. Будучи с детства фанатом самолетов, Лауда еще в 1979 году — за 6 лет до окончательного ухода из спорта — основал свою авиакомпанию Lauda Air.

ВАЛЕРИЙ КАРПИН

Наигравшись в футбол, бывший полузащитник «Спартака», «Сельты», «Валенсии» и «Реал Сосьедад» вложился в другие виды спорта. В 2007-м дебютирует велошоссейная команда «Карпин-Галисия» и волейбольный клуб «Виго Валерий Карпин». Кроме того, у футболиста строительный бизнес в Испании.

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся