Men's Health. Журнал

Льюис Хэмилтон: вся подноготная чемпиона «Формулы-1»

Как выглядят бицепсы Льюиса Хэмилтона, что он думает о своих песнях и когда собирается на пенсию.
Льюис Карл Дэвидсон Хэмилтон
Льюис Карл Дэвидсон Хэмилтон
Родился: 07.01.1985
Место рождения: Стивенидж, Великобритания
Рост: 174 см
Вес: 67–69 кг
Награды: четырехкратный чемпион «Формулы-1»; обладатель Премии имени Лоренцо Бандини и Памятного трофея Хоторна; кавалер Ордена Британской империи

Я очень надеюсь, что съемка получилась хорошо», — с нажимом говорит нам полуголый Льюис Хэмилтон. И держит мхатовскую паузу. Все в студии замирают вместе с ним. Потом Льюис улыбается уголками губ: «Я не женат, так что мне не помешают новые фотки на Tinder».

«Хэмилтон прибыл в отель в Лондоне после перелета из Испании, чтобы, как говорят, спасти свои отношения с Николь Шерзингер» (поп-певица из США, ее роман с автогонщиком длился с 2007 года по февраль 2015-го — MH), — это сообщил «бульварный» сайт Mail Online этим утром. И это неправда. Действующий чемпион «Формулы-1» прилетел, чтобы сделать кое-что более удивительное: сняться с обнаженным торсом для обложки Men’s Health.

Почему мы решили сделать именно такую обложку? Мы все знаем, как у пилотов «Формулы-1» устроены голова, шея и кисти рук. Но остальные части их тел скрываются под мешковатыми комбинезонами. Легендарный гонщик Джеймс Хант на вершине своей славы в конце 70-х не гнушался фотографироваться с голым торсом — а еще в компании полуодетых моделей, с выпивкой или сигаретой в руке (ну или и с тем и с другим). Времена изменились, сегодняшние пилоты — серьезные и чрезвычайно одетые ребята. Но Хэмилтон готов к экспериментам, он привык выбиваться из общего ряда.

Мулат-коротышка из английского захолустья, начинавший карьеру на потрепанном карте «с чужого плеча» и несколько раз заработавший самую престижную награду в автогонках. Глубоко верующий человек, который на трассе надеется на защиту бога («Ну, ты ведь знаешь, «Формула-1» опасна. Пилоты погибают»), хотя на самом деле за его безопасность отвечают самые продвинутые автоконструкторы в мире. Ну и, наконец, первый пилот «Формулы» на обложке Men's Health.

Чемпион

После съемки Льюис обедает — куриная грудка, томатная сальса, овощи, стакан воды. Мы же записываем все на диктофон. «Да, съемка — это было что-то новенькое, — говорит он, откладывая в сторону нож и вилку (Хэмилтон никогда не говорит с полным ртом. У него отменные манеры). — Интересно, что из этого получится. Мне бы хотелось убедиться, что все выглядит достойно».

Хэмилтон — перфекционист во всем. Он — единственный пилот в истории F1, который выигрывал хотя бы одну гонку в каждом из сезонов на протяжении своей карьеры. И он стал первым, кто восходил на пьедестал в финале каждой из первых девяти гонок своего первого сезона. Сейчас он — четырехкратный чемпион «Формулы-1».

Весь список его титулов и достижений не поместился бы и на той его руке, что еще свободна от татуировок — а ведь до конца карьеры автогонщику еще далеко. В январе 2015 года Льюис преодолел важный рубеж: ему исполнилось 30 лет. «Я не очень-то радовался приближению этой даты, а за несколько часов до наступления 7 января я вообще подумал: вот, это последние мгновения эпохи «мне 20 с чем-то». Но день рож­дения прошел, а ничего не изменилось. Я вообще не чувствую себя старше».

Льюис Карл Дэвидсон Хэмилтон

Атлет

Что ж, не знаем, что у Льюиса в душе, а тело в такой же (если не в лучшей) форме, что и десять лет назад. «Ну, я ведь спортсмен, хотя публика как-то не очень осознает тот факт, что пилоты «Формулы-1» — в первую очередь именно спортсмены, атлеты. Я регулярно и интенсивно прорабатываю на тренировках все группы мышц, поскольку участие в гонках — это перегрузки, физический труд. Пульс — 150–160 ударов в минуту все то время, пока ты за рулем, а на квалификационных заездах и вовсе 180–190. А еще ты все время должен управлять своим весом.

Существует определенный лимит, он зависит от того, насколько тяжелой будет машина. В прошлом году мне пришлось сбросить шесть килограммов, с 73 до 67. Это было ой как непросто, у меня и так практически не было лишнего веса».

Впрочем, Хэмилтон не против тренировок и даже находит в них определенную прелесть — в моменты, когда к нему приковано внимание общественности. «Длинная пробежка, поездка на велосипеде или на беговых лыжах позволяют побыть вдалеке от всего этого шума. В это время я разговариваю только сам с собой. Я говорю себе: «Боль в мышцах, ты ее чувствуешь — наслаждайся ею, именно она поможет тебе пересечь финишную черту первым». Ну и вообще, если у тебя неудачный день — отправляйся на пробежку. День это уже не изменит, а твое отношение к нему — вполне».

Каждый раз, когда пилоты F1 притормаживают и входят в поворот, на них действуют перегрузки от 3,5g до 6g (это больше, чем при посадке космического корабля!). Так что на следующее утро после гонки у каждого спортсмена сильно болит шея. В молодости Хэмилтон повсюду ходил в своем шлеме, чтобы укрепить шейные мышцы — а еще он привязывал к нему разные грузы, привлекая удивленные взгляды. Сейчас у него другой подход: «Надеваю шлем, на макушку устанавливаю отягощения в 10 кг, что дает в сумме около 13 кг. Ложусь на скамью для жима так, чтобы голова свешивалась за край, и вращаю ею в разные стороны. Но даже с такой подготовкой на следующий день после заезда шея крутится со скрипом и болью».

Пока мы болтаем, скудный обед Хэмилтона остывает. «Ничего страшного. Я и так ем немного, — говорит он. — Честно? Иногда бывает денек, когда мне наплевать на режим, хочется просто валяться на диване, смотреть телик и есть всякую дрянь. Но это редкость». Зато недавно он окончательно бросил употреблять сладкие газированные напитки (привет, Red Bull!) и теперь чувствует себя «намного посвежевшим»: «Такие мелочи тоже имеют значение».

Певец

«Формула-1» — не то чтобы молодежный спорт, но Хэмилтон добился в нем практически всего, о чем можно мечтать, еще до 30 лет. Видит ли он себя в кресле болида еще через 9 лет? «Не думаю. В гонках столько всего прекрасного, но год длится так долго! Ты начинаешь тренироваться в декабре; затем с конца января и весь февраль идут тестовые заезды; а потом начинается сам сезон. Ты уезжаешь из дома на полтора месяца, потом возвращаешься на пару дней и уезжаешь снова. Ты постоянно в дороге. «Формула-1» не останавливается. Когда сезон заканчивается, уже на следующий день я еду на завод, чтобы вместе с инженерами работать над кокпитом модели следующего года. Не знаю, смогу ли я вынести еще девять лет такой жизни».

Внимание — он с большей страстью говорит о музыке, чем об автогонках! Правда, пока Льюис утверждает, что это не следующая ступенька в его карьере, а «занятие, которое помогает расслабиться». Но Хэмилтон написал уже 80 песен в разных жанрах и работает над ними по мере возможности — иногда он бронирует студию звукозаписи на воскресную ночь после гонки, когда другие пилоты празднуют или восстанавливаются. «Знаете, как людям обычно не нравится их голос на видео? Вот так и я со своей музыкой. Когда ты слушаешь Адель или Бейонсе, тебе хочется плакать от удовольствия. Они в Высшей лиге. Я же… Я планирую попасть… ну, в приличную лигу».

Гид по татуировкам Льюиса Хэмилтона

«Мне нравятся мои тату, — говорит Льюис. — Каждая из них исполнена смысла. Я глубоко верующий человек, что и отражается в сюжетах на моей коже:

  1. На правом плече у меня «Пьета», скульптура Микеланджело — дева Мария с телом Иисуса.
  2. На правой руке — Пресвятое Сердце Иисуса Христа.
  3. «Мощный сверх меры» (Powerful beyond measure) на груди — кусок цитаты из Мэрианн Уильямсон, американского проповедницы.
  4. На груди — компас, поскольку церковь указывает мне путь.
  5. Семья также значит много для меня, так что это слово (Family) написано у меня на плече. А «Вера» (Faith) — это понятно.
  6. На спине у меня крест и крылья ангела: что бы ни подкинула тебе жизнь, поднимись над этим».

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся