Men's Health. Журнал

«Это реальная помощь людям»: 5 мужчин, посвятивших себя благотворительности

Работая в российских благотворительных организациях, эти парни получили самый разный опыт — например, финансист перевоплощается в клоуна, а логист просит Бориса Гребенщикова помочь отремонтировать автобус, развозящий еду для бездомных. В своем деле они нашли не только работу, но и довольно нестандартный путь к самореализации и гармонии. Вот их истории.
01 Станислав Степанов.JPG

Станислав Степанов

доктор-клоун Бровка, завуч школы больничной клоунады благотворительного фонда «Доктор Клоун»

В школу «Доктор Клоун» я попал совершенно случайно: моя подруга попросила составить ей компанию, а я решил поддержать ее. Отбор состоял из трех этапов: анкетирование, творческое испытание и собеседование с психологом. К своему удивлению, я успешно прошел все три этапа, и меня пригласили учиться. Большинство поступивших в школу были выпускниками театральных вузов, некоторые уже работали в театре. А я на тот момент учился в аспирантуре и преподавал на кафедре нелинейного анализа и оптимизации в РУДН, отчего на первой встрече чувствовал себя инородным телом.

С юношества у меня была страсть к театральному искусству и актерскому мастерству, а обучение в школе больничной клоунады было сродни обучению в театральном вузе. К тому же все преподаватели школы были настоящие профессионалы своего дела и, как оказалось впоследствии, еще и прекрасные учителя.

Больничный клоун — сложная и интересная работа, которой надо учиться и посвящать достаточно времени. Перед выходом к детям обязательно есть этап подготовки: мы общаемся с врачами, медицинскими сестрами, психологами, узнаем историю и состояние каждого ребенка. Но совмещать эту деятельность с другой вполне реально: среди нас есть представители самых разных профессий. Я, например, работаю финансовым директором.

Для клоунов есть строгое ограничение: не больше двух выходов в больницу в неделю. Это и многие другие правила введены для того, чтобы избежать эмоционального выгорания. В нашу профессию не приходят люди, которые одержимы идеей спасти всех. Такие быстро перегорают, поэтому их отсеивают во время отбора.

Мы не контактируем с детьми напрямую — с ними общается наш персонаж, клоун. И все, что происходит между ним и ребенком, остается в больничной палате. Сложно оценить результат нашей деятельности. Но бывают и маленькие победы, эффект от которых заметен. Например, когда ребенку было трудно поделиться своими чувствами, но он смог доверить их клоуну. И это всегда очень ценно.

Нос и грим, как и само существование в персонаже, дают тебе мандат на то, чтобы быть более свободным в выражении своих эмоций и чувств, позволять себе то, что не позволяешь в жизни. Иногда персонаж все же перекочевывает в твою жизнь, и это даже полезно. Клоун мыслит другими категориями, у него иное отношение к действительности. Когда ты попадаешь в стрессовую ситуацию или сталкиваешься с трудностями, то можешь воспользоваться опытом существования «в клоуне» и перевернуть все буквально с ног на голову.

Моему клоуну важно чувствовать себя частью открытой лимбической системы, в которой находятся твой партнер-клоун, ребенок, врач, родитель (по сути, любой может стать ее участником). А для меня, как человека, это своего рода самотерапия, эмоциональная перезагрузка.

И начинается она в тот момент, когда заходишь в гримерку и видишь коллег. И тебя захватывает в этот круговорот, где есть жизнь, болтовня, переживания, шутки. Получается такой компот, в котором все варятся, и это безумно интересно. Среди нас много удивительных людей, которые объединены даже не общим делом — они объединены жизнью. И по-другому это не назовешь: все очень живые. Это не может не нравиться, и от этого сложно отказаться.

Благотворительный фонд «Доктор Клоун»

Официально существует с 2009 года. Практикует больничную клоунаду как средство арт-терапии для детей, находящихся на длительном лечении или попавших в тяжелую жизненную ситуацию. Клоуны фонда посещают детей — пациентов российских больниц, хосписов и детских домов на регулярной основе и делают это бесплатно. «Доктор Клоун» объединяет и обучает докторов-клоунов и является уникальным центром, осуществляющим свою деятельность на серьезной теоретической, методической и практической базе. Узнать подробности и помочь фонду можно здесь

02 Алексей Мельников.JPG

Алексей Мельников

SMM-менеджер фонда «Нужна помощь»

«Мы даже не знали, что помогать настолько легко и просто!» Мои друзья, которые впервые приняли участие в благотворительности, обычно реагируют именно так. До начала работы в фонде «Нужна помощь» я тоже не понимал, насколько разноплановой и интересной может быть деятельность в некоммерческом секторе. У меня не было четкой позиции относительно благотворительности.

Результаты исследования, проведенного нашим фондом, показали: в России много людей, которые готовы и хотят помогать, но не знают, как правильно это делать. Из-за чего процветают мошенники, люди дают милостыню на улицах, сталкиваются с негативом и разочаровываются в помощи.

Моя задача как раз заключается в том, чтобы рассказывать о простых и доступных способах помогать. И я рад, что могу менять отношение общества к социальным проблемам и способам их решения. Это если пафосно. А так: я делаю благотворительность модной, показываю, что это яркие и интересные проекты, многие из которых существуют онлайн.

Несмотря на это и тот факт, что мы стараемся писать «не только про боль и страдание», я периодически проникаюсь многими историями, о которых пишу.

Но, работая в фонде, важно чувствовать грань — излишняя эмпатия может принести вред. Всем помочь невозможно, об этом надо помнить. Но можно написать пост, который привлечет много пожертвований. Периодически мы делаем какие-то «обреченные» сборы модными. Например, молодая аудитория, разные блогеры и паблики активно поддерживают наш сбор на ремонт дома престарелых в селе в Тамбовской области и сбор на приют для бездомных женщин-инвалидов в Комсомольске-на-Амуре.

Когда я только пришел в фонд, мы устраивали благотворительный футбольный турнир. Мне понравилась эта идея, мы с друзьями быстро собрали команду и вышли в лидеры по сборам. Заодно своим примером показывали, как это правильно делать. В качестве приза мы получили возможность поужинать с легендарным Сергеем Игнашевичем — было очень круто.

В декабре фонд запустил проект #рубльвдень, который поддержали многие российские селебрити. С частью звезд у нас были договоренности, но многие сами подхватили нашу инициативу. Инстаграм вырос с 300 подписчиков до 8 тысяч. Но внезапно нашлись и те, кто высказался резко против. Певицы Лолита и Слава записали забавные видео, где задавались вопросом, зачем участвовать в благотворительности, если мы и так платим налоги. Это одно из самых опасных заблуждений.

Моя главная задача — рассказывать о благотворительности понятно и доступно, чтобы люди понимали, как все устроено и зачем это нужно. Мне нравится находить язык, на котором читателю будет интересно погружаться в тексты на социальные темы. Классно, если получается написать так, чтобы люди захотели лайкнуть и репостнуть. Когда видишь результат своей работы — реальную помощь людям, — это вдохновляет.

В России благотворительность не воспринимается как работа. Люди считают, что деятельность в некоммерческой организации должна быть безвозмездной. Или что ей должны заниматься подвижники и святые люди. А вообще-то тут работают профессионалы. И это нормально, что они получают рыночные зарплаты. А еще — мы все живые и разные.

В фонде я выполняю те же задачи, что и в период работы SMM-специалистом в «Открытой России» и «МБХ Медиа». В дипломную работу тоже включил часть здешнего опыта. Вообще, круто, что фонд предоставляет возможность развиваться в профессии, в том числе проходить разные обучающие курсы. Ведь в благотворительности нужны грамотные специалисты — только так наша деятельность сможет решать социальные проблемы эффективно.

Благотворительный фонд «Нужна помощь»

Одна из крупнейших некоммерческих организаций в России. Фонд оказывает комплексную и системную поддержку десяткам благотворительных организаций во всей России. Собирает для них пожертвования, проводит верификацию (экспертную оценку деятельности), занимается просвещением и разработкой удобных технологичных инструментов. Узнать подробности и помочь фонду можно здесь

03 Александр Рицик.JPG

Александр Рицик

руководитель направления онлайн-фандрайзинга Благотворительного Фонда Константина Хабенского

Я начал работать в некоммерческом секторе, в проектах по профилактике ВИЧ-инфекции, вирусных гепатитов, туберкулеза, больше 15 лет назад, когда учился на первых курсах медицинского колледжа. Я стал частью команды, которая создавала в Москве первое анонимное и бесплатное отделение наркологии по профилактике социально значимых заболеваний. Когда результат был достигнут, я понял: пора двигаться куда-то дальше.

Я успел поработать много где и кем: фельдшером, руководителем колл-центра и клиентского сервиса в элитной клинике, занимался развитием дистанционных образовательных программ для врачей с крутой командой айтишников — перечислять можно долго. Медицина всегда оставалась рядом и остается до сих пор таким пунктом, который я не хочу отпускать. Мне было интересно участвовать в стартапах, быть там, где создается что-то новое. Но у меня оставался незакрытый гештальт: я видел, как делали некоммерческие проекты мы в своем секторе, но я хотел посмотреть, как это может работать еще — с другим бюджетом, с другим подходом, с другой целевой группой.

Так я пришел в Фонд Хабенского. Самореализация была для меня важнее денег, но если бы я понял, что не могу обеспечивать семью, работая в фонде, то, конечно, не остался бы здесь. К счастью, все сошлось.

Вообще, для меня главное в жизни — это гармония. У меня есть семья и собственный азарт, желание ставить перед собой задачи в стиле «а смогу ли я это?». Я стремлюсь к тому, чтобы оба этих пункта находились в балансе. Идеально, если есть гармония с собой и окружением, которое позволяет делать что-то интересное и важное, но при этом не беспокоиться за материальное положение своей семьи.

С точки зрения решения бизнес-задач наш фонд — передовое место. Мы работаем практически со всеми платежными сервисами, фандрайзинговыми платформами, банками, которые сейчас активно развивают и масштабируют интересные для благотворительности проекты. Участвовать в создании этих сервисов и проектов — бесценно. Тот набор задач, над которыми я работаю в фонде, можно выполнять и в коммерческой организации, но нужно работать сразу в трех или пяти коммерческих организациях, чтобы передать эту атмосферу.

Я заметил, что в некоммерческом секторе работают самые идейные и трудолюбивые люди. Нигде так не пашут, как в благотворительности. Но зато здесь больше свободы. В этом секторе у каждого есть возможность создать что-то свое и оставить после себя распаханные борозды, на которых смогут работать другие.

Тебя ничто не ограничивает, кроме времени и собственных ресурсов. Но есть ответственность, которая не позволяет сказать: «Сорри, ребят, но я не смог это сделать». Она заставляет использовать свои ресурсы по максимуму.

Работа в медицине дает представление о людях в критическом состоянии. Я знаю, что это такое, и эмоционально эта тема не является для меня тяжелой. Но сейчас я занимаюсь фандрайзингом и не общаюсь с подопечными фонда напрямую, кроме редких случаев выездов в клиники. У нас четкое и прозрачное расходование средств: я вижу, как то, что мы привлекаем фандрайзингом, идет на реализацию уставных целей и программ. И круто, что эти средства действительно помогают многим детям. Но у меня нет цели спасти всех. Я не супермен, я просто делаю свою работу. Я знаю, что на данный момент есть задачи, которые я еще не доделал, но которые нужны фонду, чтобы стать еще эффективнее, и мне — для самореализации и развития».

Благотворительный фонд Константина Хабенского

С 2008 года помогает детям с онкологическими и другими тяжелыми заболеваниями головного мозга вовремя получать всю необходимую медицинскую помощь и скорее возвращаться к полноценной жизни. Фонд оплачивает диагностику и лечение детей, проводит информационную работу с родителями, обучает врачей, помогает оснащать профильные отделения российских медицинских учреждений, а также организует реабилитационные программы. Поддержать работу фонда можно здесь

04 Андрей Чапаев.JPG

Андрей Чапаев

руководитель гуманитарных проектов благотворительной организации «Ночлежка»

Мое первое соприкосновение с «Ночлежкой» произошло еще в школьные годы: я покупал у бездомных газету «На дне», которую выпускала эта организация. Интернета еще не было, а там были актуальная клубная афиша, рецензии на выставки и книги. А в студенчестве я уже писал диплом про деятельность «Ночлежки». Не так много людей хотят помогать бездомным. Но именно это меня и привлекло — они занимались решением вопросов, которым почти никто не уделял внимания.

Несмотря на то что я учился на специалиста по социальной работе, трудился я в сфере логистики. Но прошло время, и я понял: мне это не приносит ничего. Было очень тоскливо на душе, хотелось самореализации. И я начал искать новую работу. Рассмотрев разные варианты, остановил свой выбор на «Ночлежке». Очень долго думал, было действительно страшно настолько менять свою жизнь.

Изначально я координировал только «Ночной автобус», который регулярно проезжает по городу, чтобы бесплатно накормить горячей едой и выдать чистую одежду сотне-другой нуждающихся людей. Первое время было очень трудно: автобусы часто ломались, иногда прямо в рейсе.

Однажды после ремонта двигателя у нас сломалась коробка передач. Денег уже не было, и мы наудачу решили позвонить Борису Гребенщикову. Он сказал, что сейчас на другой стороне света, и попросил перезвонить Саше Васильеву. Васильев дал необходимую сумму, а на наше недоумение сказал, что сочтется с «Борей».

Кстати, Борис Борисович потом помог нам купить новый автобус: одним своим появлением в автосалоне он скинул треть его стоимости, за что ему огромная благодарность.

Всей командой мы пытаемся смотреть на мир глазами человека, который сейчас на улице, в чем он сейчас нуждается. Так появились «Пункты обогрева», где можно бесплатно ночевать, не предъявляя никакие справки и документы, и «Культурная прачечная» — первая в стране прачечная для бездомных, где можно бесплатно постирать и высушить вещи.

Работа в благотворительной организации повлияла на мой образ жизни. В этой сфере ты не находишься в рамках бизнес-планов, но вовлеченность гораздо выше: несмотря на кажущуюся свободу в принятии решений, ты несешь огромную моральную ответственность. Ты должен быть готов к ненормированному рабочему графику, при этом обладать хорошей самоорганизацией.

Мне повезло участвовать в эволюции «Ночлежки» — сегодня это единственная организация в стране, предлагающая пройти по социальной лестнице со дна к самостоятельной жизни. Понемногу меняется и отношение общества к бездомным: еще недавно люди были настроены очень агрессивно, но сейчас ситуация смягчилась. В этом есть заслуга «Ночлежки», и я горд быть частью такого большого дела. Конечно, мы реализовали далеко не все, нам предстоит сделать еще очень много. Однако не стоит забывать, что в сфере благотворительности надо быть готовым к отложенному результату. Иногда мы годами пытаемся реализовать одну идею.

Моя жена считает, что я занимаюсь очень важным делом. Она зарабатывает больше меня, и это дает мне возможность работать в сфере благотворительности. Поэтому мы часто шутим, что она — генеральный спонсор «Ночлежки». Она говорит, что я обязательно должен продолжать свою работу.

Я давно увлекаюсь краеведением, а пару лет назад решил сосредоточиться на благотворительных организациях: что за люди и почему врачевали городские язвы век назад, условная Фроська Слепая и ее родимчик, но без надрыва. Иногда я вожу авторские экскурсии на эту тему. Мне кажется, очень важно иметь хобби: это помогает отстраняться от эмоционально трудных ситуаций, но в то же время не превращаться в сухаря. Ежедневно ты сталкиваешься с целым калейдоскопом эмоций, историй и ситуаций, от трагичных до анекдотичных. Однажды вечером в пятницу к нам пришла семья из шести человек со щенком в коробочке, и нужно было срочно определить их куда-то. Другой раз хотели пожертвовать 20 фур замерзшего кваса. А недавно подарили центнер мацы. Самое интересное в моей работе — это постоянный вызов.

Благотворительная организация «Ночлежка»

С 1990 года помогает бездомным людям вернуться к обычной жизни. Кормит, обогревает, помогает с документами, работой, оформлением инвалидностей, пособий, устройством в интернаты, в поиске родственников и отъезде домой, оспаривает незаконные сделки с недвижимостью и защищает права людей без дома и регистрации. Узнать подробности и помочь фонду можно здесь

05 Артем Шалимов.JPG

Артём Шалимов

координатор помощи фонда «Вера» при выездной службе и приемном отделении Московского многопрофильного центра паллиативной помощи

Я стал волонтером около десяти лет назад, когда еще был студентом. Тогда только начали появляться соцсети, в одной из них образовалась инициативная группа, которая решила расписать стены в детском доме. Я не умел рисовать, но ребятам нужны были разные помощники. И я присоединился к ним. Это было спонтанное решение в стиле «а почему бы и нет?». Так у меня появилось хобби, которое стало отнимать много времени: каждые выходные мы ездили в детский дом или интернат. Позже я попробовал себя волонтером в разных сферах и понял, что для меня это такая же естественная и регулярная необходимость, как чистить зубы.

В фонд «Вера» я пришел работать пять лет назад. Тогда там появилась программа помощи неизлечимо больным детям: фонд «Вера» вместе с фондами «Подари жизнь» и «Линия жизни» занялся строительством в Москве стационара детского хосписа «Дом с маяком». Я уже был знаком с работой фонда, помогал пациентам хосписов в Москве как волонтер, и мне захотелось направить больше ресурсов в это важное дело.

Сначала я занимался фандрайзингом — привлечением ресурсов, которые фонд собирает в помощь неизлечимо больным взрослым и детям в Москве и России. При работе с компаниями это был своего рода юридический футбол по документам, в котором мне пригодился накопленный профессиональный опыт.

По образованию я экономист и до фонда успел поработать в коммерческих банках и управляющих компаниях. Но за пять лет в «Вере» я сменил три направления деятельности. Фонд постоянно развивается, и ты растешь вместе с ним, пробуешь себя в абсолютно разных задачах.

Возможно, смена направлений помогает не терять интерес к деятельности. Но, думаю, дело не только в этом. Я заметил, что люди в благотворительности отличаются отношением к работе: здесь больше искренности, энтузиазма и идейности. Раньше я приходил и уходил на работу по часам, жил в ожидании пятницы, невероятно радовался зарплате и выходным — и так существовали все мои коллеги. Было в этом что-то искусственное.

В фонде все наоборот. Многие не решаются взять отпуск или уйти на больничный — боятся, что все остановится. Все-таки мы работаем не с гайками, винтиками или числами, а с живыми людьми, которым нужна реальная помощь.

Делать что-то общественно полезное — жизненная необходимость каждого из сотрудников фонда. И это ощущается не на уровне гордыни, а на уровне результата: важно знать, что ты не бездействовал, а выполнил все возможное, чтобы помочь человеку.

Да, иногда во время работы сталкиваешься с историями, которые тебя выбивают из колеи. Но у нас все — здравые оптимисты, а рабочая обстановка всегда позитивная, однако не на уровне цинизма. Нельзя приходить на такую работу без интереса или только из жалости, если ты канатоходец и тебе надо держать равновесие — надо уметь балансировать. Для каждого пациента мы делаем все возможное, до последнего ищем решения. И порой добиваемся необыкновенного и чудесного результата, когда ситуация из «ужас, кошмар» превращается в «надо же, как бывает». Жизнь — она такая: иногда бьющая, иногда обнимающая, но все равно всегда удивительная. И мы хотим, чтобы у неизлечимо больных людей тоже была жизнь — на всю оставшуюся жизнь.

Фонд помощи хосписам «Вера»

Работает с 2006 года для того, чтобы каждому человеку в России, независимо от его возраста, места жительства и достатка была доступна профессиональная и милосердная помощь в конце жизни. Фонд поддерживает хосписы по всей стране, адресно помогает неизлечимо больным взрослым и детям; обучает персонал хосписов; издает литературу для медиков, пациентов и родственников; содействует системному развитию паллиативной помощи; информирует общество о том, что хоспис — это дом, в котором не больно, не страшно, не одиноко. Фонд существует на благотворительные пожертвования компаний и частных лиц. Узнать подробности и помочь фонду можно здесь


Благодарим за подготовку материала Викторию Вяхореву, директора по коммуникациям Благотворительного фонда Константина Хабенского.

Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся