Men's Health. Журнал

Как найти клад: Men's Health изучает правила охоты за сокровищами

Редактор MH Антон Зоркин вооружился металлоискателем и отправился в подмосковную деревню Сивково, чтобы найти в местном водоеме клад.

На крыльце стоит Николай Павлович, в руках у него синий таз, заполненный водой. На поверхности, словно спины китов, виднеются два синих носка. «Ходил в лес за березовой корой, испачкался», — комментирует он и встряхивает таз. Николай Павлович живет в деревне Сивково Можайского района Московской области с детства. До выхода на пенсию работал лесорубом. «Это как на войне. Ты должен все правильно рассчитать. Ветер, форма ствола... Природа ошибок не прощает», — сурово рассказывает он о былых рабочих буднях. Вскользь упоминает историю напарника Саши — в прошлом году тот чудом спасся от огромной ели.

В Сивкове родилась мать бывшего лесоруба, до этого — еще целое генеалогическое древо родственников. От Николая можно услышать фразы вроде: «После 1812 года всем пришлось нелегко...» Есть более поздние семейные истории — про фашистов, которые ходили по этим местам на сто с лишним лет позже французских солдат.

Деревня, куда мы приехали искать клад, стоит на берегу озера Мжут. Вокруг отстраиваются коттеджные дома, но среди них пока еще виднеются классические деревенские пятистенки. За деревьями торчит церковь Преображения Господня 1687 года рождения. А вот, смотри, ковыряется сапогом в луже Артем — гендиректор компании по установке кондиционеров и кладоискатель со стажем. Мы вместе приехали искать сокровища.

Кропотливый пруд

Артем познакомился с лесорубом Николаем задолго до меня — в кафе райцентра Можайск. Тогда житель Сивкова пытался сломать о москвича стул. Через полчаса они подружились. Выпили, Николай пересказал легенду о зарытых в окрестностях его малой родины ценностях. Договорились искать клад вместе. «Общаться с местными — очень важно в нашем деле, — объясняет мне Артем. — Ты узнаешь детали, которые не нашел в книгах и документах. Например, местный архив сгорел в последнюю войну, но кто-то вспомнит, где двести лет назад стояла церковь. А на таком месте можно много всего найти. Хотя с Николаем непросто было установить контакт и обсудить детали. Он хоть и в возрасте, но сильный, как медведь».

По словам Артема, у каждой подмосковной деревни есть своя легенда. Взгляни на карту — и в пятидесяти километрах от Сивкова найдешь поселок Субботино. Перед сном, лежа в своих кроватях, жители Субботина мечтают о сокровищах, которые явятся им из торфа. Вроде как в местном болоте утонула карета, в которой наполеоновские солдаты везли награбленное, — нужно лишь осушить эту топь. Да и Артема к кладоискательству тоже привела легенда: «Как-то я поехал под Боровск к подруге. За ужином мне рассказали семейное предание: где-то у бани прадед закопал сбережения. И я их нашел. 80 медных монет XIX века, в куске железной трубы».

В деревне Сивково предание такое: после революции местный помещик спрятал накопления где-то здесь и сбежал от большевиков. Я осматриваю окружающий пейзаж — березовая роща, водоем... Пытаюсь нарисовать среди деревьев фигуру беглого помещика. Вот он, торопится, лицо раскраснелось, левый ботинок соскакивает с ноги. В руках сжимает мешок с золотом. За помещиком несется верный слуга — карлик в зеленом камзоле, борода в хлебных крошках. «Мне кажется, что наш помещик одет в серые брюки и похож на заведующего поликлиникой в Конькове. Толстый мужик, потный», — говорит Артем. И добавляет: «Я всегда придумываю себе какие-то картинки. Подкрепляю их фактами — например, много информации можно обнаружить в подмосковных краеведческих музеях». Впрочем, достоверных фактов о нашем беглеце мы так и не нашли. Порывшись в документах Можайского уезда, обнаружили лишь запись о том, что деревней с 1911 года владел некий И. Халютин. «У него работала кухаркой мать моей жены, — кивает лесоруб Николай. — Рассказывала, что часть своих сокровищ он скинул в пруд, а что-то зарыл в роще».

Копать по закону

1. По российским законам, клад («зарытые в земле или сокрытые иным способом деньги или ценные предметы, собственник которых не может быть установлен либо в силу закона утратил на них право») достанется тебе, если ты нашел его в своем доме или на своем земельном участке. Если ты планируешь поискать ценности на чужой земле, следует заранее испросить разрешения у ее владельца и договориться о том, как вы будете делить найденное (обычная практика — в пропорции 50/50, но можно и поторговаться). Если ты этого не сделал, владелец земли (водоема, здания) имеет право забрать все себе.

2. Но так обстоят дела только в случае, если ты обнаружил гору банальных слитков золота или безымянных бриллиантов 1990 года выпуска. Любые культурные или археологические ценности следует сдавать государству (читай — нести в ближайшее отделение милиции или краеведческий музей). В теории потом тебе должны выплатить 50% от его стоимости (каковую сумму ты еще должен будешь разделить с владельцем земли, на которой обнаружена ценность).

3. Наконец, прямо запрещено производить самодеятельные поиски и раскопки на территории памятников культурного наследия, подлежащих государственной охране (к таковым относятся и археологические зоны — к примеру, культурный слой города Старая Русса целиком). И это в наших с тобой интересах. Извлеченные «черными археологами» в нарушение закона ценности, как правило, поступают на черный рынок и оседают в тайных коллекциях — скорее всего, ни ученые, ни простая пуб­лика их не увидят никогда.

Как найти клад?

Отправляемся к пруду. Артем достает из машины оборудование: дорогой подводный металлоискатель, гидрокостюм, баллон с кислородом. Я гляжу на мутную воду. По поверхности скользит водомерка. Мне кажется, если бы она немного соображала, то начертила бы на воде слово «неудачники».

Но Артем не унывает: «В нашем деле главное — процесс. Когда точной информации о кладе нет — а ее нет почти никогда, — нужно рассчитывать на удачу. А еще на то, что тебе в любом случае что-то подвернется. У меня так друг саблю нашел — в озере около своей дачи, случайно. Под землей за много веков накопилась куча всего. Ты давай, по берегу пройдись на всякий случай. А я нырну».

Я натягиваю длинные рыбацкие сапоги, беру металлоискател­ь и отправляюсь в камыши. Николай приземляется на пригорке, достает бутылку «Праздничной» и семь бутербродов с сыром, которые приготовила жена Люба. Откуда-то вылезает бело-серая собака и усаживается наблюдать.

Полчаса я вожу металлоискателем по берегу. Устройство издает звуки. По звукам и по цифрам, мелькающим на экране, опытный кладоискатель может определить, какой именно металл скрывается под землей.

Глубоко копнули

Главная вещь в арсенале кладоискателя — металлоискатель. А главный параметр металлоискателя — глубина, на которую он «видит» сквозь землю. Стандартный прибор начального уровня (его можно купить за 15–30 тысяч рублей) «пробивает» всего на 20–30 см. Владельцы таких аппаратов предпочитают вести поиски на распаханных полях, где плуг уже выворотил сокровища из сырых недр — осталось только увидеть их среди комков земли. Специальные глубинные приборы, которые просвечивают почву на шесть метров вниз, стоят от 60 000 рублей. Кроме того, существуют подводные металлоискатели (аппарат начального уровня, который работает на глубине до двух метров, можно приобрести за 30 000 рублей).

Сильно помогут делу и старинные карты, на которые нанесены уже исчезнувшие населенные пункты. Многие копатели используют т.н. «карту Шуберта» (она же «Трехверстная военная топографическая карта Российской империи»), которую в XIX веке составляло и обновляло специально созданное для этого Военно-топографическое депо (его первым руководителем был генерал-лейтенант Федор Федорович Шуберт, отсюда и название). Ее свободно можно скачать в интернете или купить в виде альбома.

Если сигнал звонкий, а бортовой компьютер выдает 40, то ты, вероятно, обнаружил серебро. Если же видишь -7, очевидно, это всего лишь ржавый гвоздь. Впрочем, есть куча нюансов — на показания детектора влияют, к примеру, помехи или то, в каком положении в земле находится предмет. Пройти мимо серебряного подноса или, наоборот, триумфально обнаружить ржавый кусок бампера для неопытного кладоискателя проще простого.

Работа охотника за сокровищами оказывается довольно унылым занятием. Вот что я делаю: хожу по берегу, выдираю сапоги из грязи. Они, чмокая, выскакивают из глины. Вспоминаю детский сад: когда воспитательница целовала меня, это звучало похоже. От Артема идут пузырьки. Иногда он всплывает на поверхность, вытаскивает регулятор изо рта и отчаянно ругает водоросли, так, словно они убили его детей. Николай с берега дает общие указания: «Оборудование берегите!»

И тут мой металлоискатель вдруг издает пронзительный звук. На мониторе аж 47, место — песчаный бугорок, похожий на голову скромного офисного клерка, если на него смотреть сверху. В моих мыслях карлик в зеленом камзоле прокручивает кино: Зоркин находит клад помещика, отправляет торжествующие смс друзьям, родителям, девушке. Мне представляются грязные, но хорошо сохранившиеся золотые монеты, много монет. Хватаю лопату, начинаю долбить землю.

«Нашел чего, Тоныч?» — кричит с пригорка Николай. Я копаю. Поднимаю глаза на пруд — он уже не кажется скучным. Вода, это очевидно, скрывает загадки, много загадок. Еще мгновение, и лопата натыкается на что-то твердое... А еще через секунду я понимаю, что это, конечно, не клад, а моток алюминиевой проволоки. Так и нахожу себя в реальности — вымазавшимся в грязи, стоящим на коленях перед замызганным обрывком металла.

Артем выбирается на берег: «У меня тоже так бывает. Ходишь вроде вяло, скучно — а потом такой азарт охватывает, адреналин! Иногда бывает прям как в армии, когда с дедами рубились. Однажды я час раскапывал чугунный утюг, он ушел в поч­ву на метр. В какой-то момент мне казалось, что это здоровенный сундук». Сам Артем нашел в пруду молоток, а еще — блеклый кусок керамической плитки. Увидев обломок, Николай Павлович оживляется: «Наш помещик приказал на дне пруда выложить изображение жар-птицы. У меня такие же куски находил отец, когда купался».

Врата клада

Идеальная рабочая площадка для кладоискателя, не желающего нарушать закон, — это место, где раньше (лет эдак двести назад) стояла крупная деревня, а теперь нет ничего. Начинать прощупывание почвы в бывшей деревне следует с мест, где когда-то стояли трактиры, церкви или проходили оживленные дороги, — там выше вероятность найти ценные вещи. Самые частые находки — кем-то потерянные мелкие предметы быта (крестики, нательные иконки, замки, ювелирные украшения), нередко обнаруживаются и разрозненные монеты XIX–XX века. Так как законопослушным копателям трудно озолотиться на поисках сокровищ, для большинства из них прогулки по полям с металлоискателем — скорее, хобби.

К примеру, летом 2013 года редактор МН побывал на слете кладоискателей в Подмосковье. В соревнованиях по поиску предметов участвовали подполковник ВМФ, переводчица с японского на четвертом месяце беременности, дизайнер муниципальной газеты, врач-терапевт и т.д. «В продаже металлоискатели появились лет десять назад, и это занятие быстро набрало популярность. Люди, которые годами безвылазно сидели на своих восьми сот­ках, стали читать книги по истории, интересоваться историей своего района...» — комментирует Ольга Кузнецова, главный редактор кладоискательского журнала «Деньга».

Кладоискатель

Потом мы идем искать на суше, среди берез. Николай указывает поляну на окраине леса, там деревенские находили старые монеты: «Говорят, здесь клад. Моей Любке мать рассказывала. Мы с мужиками как-то на тракторе приехали, вскопали, но ничего не нашли». Мы с Артемом бродим среди травы и берез. Металлоискатели сонно пищат, трещат и воют — сырая почва дает помехи. Специалист по кондиционерам находит двухкопеечный медяк 1947 года. «Ничего особенного. Такие по сто рублей продают», — сообщает Артем, и мы снова бредем по полю. Это похоже на медитацию. Лениво переговариваемся: «Смотри, мой прибор трещит, словно жена ругает мужа, что тот ушел чинить карбюратор, а вернулся пьяный». В какой-то момент искатель издает нежный звук. Артем вытаскивает из земли невнятный кусок бурого металла и замирает задумавшись: «Помню, девушка у меня была, лет девятнадцати. Стонала так, не представляешь…»

Артем мечтательно ведет детектором по земле, но звук больше не повторяется, прибор хрипит. Еще полчаса поисков, и я откапываю из земли россыпь гвоздей. «Кованые, их до XIX века использовали. Это значит, что на этом месте когда-то стоял дом», — комментирует напарник. А под вечер обнаруживаю свою самую ценную находку — маленький грязный шарик, который Артем сразу определяет как пулю начала XIX века. Такими в 1812 году на Бородинском поле с Наполеоном бились. Я их под Калугой и неподалеку от Боровска находил», — рассказывает он, пока мы возвращаемся к машине. Николай показывает на облака: «Такие облака здесь были, когда Андропов умер. Или вот недавно — перед выборами Путина». Я смотрю на облака, а потом между деревьев. Туда, где сто лет назад бежал помещик Халютин. Лицо раскраснелось, он сжимает мешок с золотыми монетами, который я, может быть, когда-нибудь найду.

О кладе без купюр

Россия, конечно, не Италия, где почва буквально нафарширована артефактами былых эпох. Тем не менее и у нас ценные забытые предметы обнаруживают почти каждый месяц. Вот только несколько сообщений за 2013 год.

16.04 На дне реки Волхов на территории Великого Новгорода найден глиняный горшок с 96 медными копейками 1700 года. Видимо, он упал с моста, который когда-то соединял Новгородский кремль и Ярославово дворище.

30.08 В заброшенной деревне Малая Шалга (Архангельская область) найдены серебряные сосуды для богослужений. Вещи пролежали в местном храме Смоленской иконы Божией Матери около 80 лет.

10.09 Некий меценат, пожелавший остаться неизвестным, передал археологическому музею «Горгиппия» (Анапа) клад в 22 тыс. медных монет III века до н.э. Клад был выкуплен меценатом у тракториста из села Усатова Балка — тот обнаружил монеты при распашке поля.

29.10 На территории исправительной колонии №5 в Петропавловске-Камчатском во время прокладки силового кабеля найдены десять серебряных монет XVIII века.

19.11 В Саратове на улице Большая Казачья в сгоревшем доме обнаружили 980 серебряных монет начала XX века.

22.11 При реконструкции частного дома в Столовом переулке в Москве обнаружен клад из 25 серебряных предметов XVIII–XIX веков. В числе находок крест-мощевик, иконные оклады, чайные и столовые ложки с орнаментом, вилки, рукояти ножей, поднос, крышки и бокал.

28.11 Житель города Троицка (Челябинская область) при ремонте печи обнаружил в трубе закупоренную бутылку, в которой лежали 1335 руб­лей — несколько купюр достоинством 5, 10 и 25 рублей, датированные 1909 годом, а также одна тысячная купюра 1923 года.

Использованы сообщения СМИ: «Русская служба новостей», «Российская газета», «Московский комсомолец», «РИА Новости», «Новый регион».

Комментарии

Добавить комментарий
Нет аккаунта на сайте? Зарегистрируйся